Фонтан

Страницы перелистываются…

Слэйн открыл глаза в полнейшей темноте.

Грудь сдавило, и от сильного удара о стену пещеры повредился позвоночник. Он попробовал на ощупь каменный пол рядом с собой и нашёл сумку, затем погасший, но ещё не истлевший факел. Медленными ползками приблизился к стене и, развернувшись, облокотился на неё. Найдя огниво в сумке, он зажёг факел и осветил пространство вокруг себя.

Слэйн находился внутри таинственной пещеры, с двух сторон которой были плотно закрытые деревянные двери.

Он толкнул ногой одну из них и пожалел об этом.

В один момент неведомая сила ворвалась внутрь, и Слэйн упал обратно на каменный пол.

Он знал только одно — с другой стороны находится выход.

Несмотря на боль в позвоночнике, он кинулся к противоположной двери и, приоткрыв её, протиснулся сквозь небольшое отверстие.

В момент он оказался снаружи.

Стояла тёмная летняя ночь.

Не видя в кромешной тьме ничего вокруг, он оглянулся.

За ним сквозь полуоткрытую дверь устремилось что-то ужасное и невероятно сильное. Оно грозно рычало и выло как зверь. Послышался треск досок и громкий удар о каменную стену. Чудовище разрушило дверь.

Слэйн попытался различить в темноте образ монстра, но попытки остались тщетными. Неожиданно, он почувствовал мощный удар, который отбросил его и сильно ударил о стену.

Каждый раз этот сон начинался и заканчивался одним и тем же: огромный луг, цветы и синее небо без единой белой нити, а ещё ручей, который журчал неподалеку.

Рядом паслись лошади. Они щипали траву, пока большие бабочки так и норовили сесть на нос наблюдателя. Непривычно спокойный, он лежал под ласковым солнцем с травинкой в зубах, нога на ногу, или же бегал, пытаясь поймать бабочек, которые с видимым удовольствием поддерживали его детскую игру. Лошади, отвлекаясь от травы, смотрели на это развлечение непонимающим взглядом.

Рядом бегал и также пытался поймать бабочек мопс по имени Фрэнк.

Органы были расслаблены, но при этом чувствительны.

Останавливаясь, чтобы отдышаться, наблюдатель слышал, как эхом передавался стук сердца под ногами. Он улавливал каждый взмах бабочки, словно поток ручья уносил лепестки ромашки.

В этом сне, как и в других, наблюдатель был уверен, что окружающий его мир — единственный в своем роде, а другого никогда не существовало.

Каждый раз в этом сне случалось одно и то же: наблюдатель бегал за бабочками и не замечал глубокой ямы, затем резко поскальзывался и падал в необъятный тёмный мир. Поднимая голову, он видел глубокую тьму.

Внизу наблюдатель различал тёмную воду, в которой стоял по пояс. В воде плавало много змей. Казалось, ещё момент и они начнут окружать его со всех сторон.

Наблюдатель ждал, когда они уже начнут обвиваться вокруг него, чтобы задушить.

Внезапно он открывает глаза, и первое, что встречает его в настоящем мире — огромная дорогая люстра с золотым обрамлением, висящая над головой. Она напоминает по форме огромный фонтан.

Несколько первых секунд наблюдателю продолжает казаться, что это вовсе не люстра, а действительно фонтан. К тому же с живыми змеями вместо водных струй. Он продолжает быть наблюдателем, меняя локацию.

— Да… вот такие бывают сны, ну, ничего, они всем снятся, это нормально, — встаёт и успокаивает он себя. По известному сценарию подходит к гигиенической кабине, стучит ладонью о её гладкую поверхность и произносит как заклинание:

— Включить режим ионоочищения тела, — с полной, обманчивой для себя уверенностью в том, что сон забудется прямо сейчас.

Примечательно, что наблюдатель не был особо суеверным.

Брюс Слэйн — самый обычный человек нового времени.

Вокруг было столько мелочей, которые он тут же пытался встроить в привычный ритм жизни, чтобы соответствовать ему и не растворяться в страшном мире самосознания. В итоге всё заканчивалось полным крахом реальности.

«И вот откуда я знаю все эти суеверия?» — Только стоило ему задаться этим вопросом, как вновь сбивала с мысли неожиданно зазвеневшая телеголограмма Вирт-реальности.

— Я совершенно обычный человек, что со мной не так? — Слэйн вслух задавал вопросы и принимал входящую телеголограмму, легкими движениями пальцев раскрывая её перед собой в полный рост.

На большом экране перед его лицом возникла большая надпись: «Любимый Джем».

Выплыла голограмма красивой девушки-оператора с оранжевым платком на шее, которая тут же оповестила, что звонит его жена.

«Мой Любимый Джем» или просто Дженни…

Несколько секунд ожидания подключения заставляют Слэйна задуматься.

Оригинальное название абонента женского пола, присылающего ему через Вирт-реальность по несколько сообщений утром, два раза днем и иногда вечером.