Фиолетово

…Меня выплюнуло из каменной арки железнодорожного моста в Удельном парке. К ногам молодой мамаши с коляской. Я грохнулся плашмя в оттаявший снег. И это в новой-то куртке! Да уж! Весьма неудачно вынырнул. Женщина с нечленораздельным возгласом отпрянула в сторону. Ещё бы! Не каждый день мужики из ниоткуда валятся к ногам. Поневоле испугаешься!

– Аы-ах блииа…бррууу! – услышал я над собой. Девушка потрясла головой, будто стараясь вытряхнуть из черепной коробки навязчивые мысли. Но надо отдать должное самообладанию дамочки. Когда я вскочил на ноги и вместо того, чтоб смахнуть с себя снежную жижу с песком, от растерянности принялся отряхивать грязными руками белый пуховик на молодой мамаше, она, придя в себя, отпрянула в сторону и схватилась за коляску:

– Что вы делаете, молодой человек?! Вы своём уме? – отмахнулась она от меня рукой, словно от мухи, втянула голову в плечи и, не оглядываясь, быстро зашагала прочь, в отрицании мотая головой. О чём она думала в тот момент, история умалчивает. Я даже думать на эту тему не хочу, опасаясь за своё психическое здоровье.

Промахнулся я чуток. На несколько сотен метров. Должен был из дерева вылезти. Оно там – в овраге, людей в той части парка как правило не бывает. Дерево очень старое с полым стволом – довольно удобно. Дупло это, как раз в половину человеческого роста – оно прямо-таки создано, чтоб из него вылезали. Мне его Катерина накануне показала. Она там, наверное, уже поджидает меня. А вообще, я люблю этот парк – здесь хорошо думается и спокойно. А поразмыслить было над чем. Я закурил и отправился к месту встречи.

Но на месте Катерины не оказалось. Очень странно. Она к дереву и не приходила – окурков не было. Странно. Это на неё не похоже. Я включил телефон и набрал её номер. Никто не ответил. Может, случилось что? Уж не застряла ли моя подруга опять где-нибудь? Опять что-то не то съела? В последнее время Катя часто жаловалась, что опасается за свою жизнь: или, говорит, застряну где-нибудь, или агенты до неё доберутся. Я как мог успокаивал. Мол не бери в голову, предчувствия не всегда сбываются, всё будет хорошо. Что ж надо ехать к бункеру и всё выяснять на месте.

Решил добираться наземным транспортом: ехать долго, но есть о чём поразмыслить. Я покопался в телефоне, наметил оптимальный маршрут и направился к ближайшей остановке.

С Катей я познакомился пару месяцев назад, в конце октября. Это было поздно вечером, в субботу. Было темно и промозгло. А вышел на прогулку я ещё в полдень. Люблю по выходным совершать пешие променады. Мозги проветрить, так сказать. И вот ещё какая штука: в каком бы направлении я не наметил маршрут, в конечном итоге я всегда оказываюсь у Петропавловской крепости. Так уже давно повелось. Сначала я пытался хоть как-то объяснить этот феномен, но потом бросил. Ибо никакой логике это явление не поддавалось. Почему так происходит? А пёс его знает! Происходит – и всё тут! Значит, так надо. Прямо как мёдом там намазано. Говорят, что человек, когда в лесу заблудится, то ходит кругами и оказывается снова и снова в одном и том же месте. Якобы шаг левой ногой чуть короче, чем правой. Может, и в моём случае происходит что-то подобное?

Иду я, значит, по Мытнинской набережной, прохожу мимо «Летучего Голландца», корабля с видовым рестораном (кто не знает), иду и абсолютно никого не трогаю… И тут замечаю некое фиолетовое свечение над шпилем Петро-Павловской крепости. Присмотревшись, я увидел, что загадочное свечение не сосредоточено только у шпиля, а образует как-бы купол, который накрывает весь Заячий остров. Поражённый необычным зрелищем, я остановился и достал телефон. Решил запечатлеть это необычное явление. Это явно не было северным сиянием. Причём от этого фиолетового свечения исходил и звуковой фон – наподобие жужжания электрических полей, как от ЛЭБ. Я навёл камеру смартфона на купол и сделал несколько снимков. И тут я почувствовал, как моего колена что-то коснулось. Потом ещё раз и ещё, настойчиво так. От неожиданности я чуть смартфон не выронил. Это была рука! Да, чёрт меня побери, – человеческая рука! Она торчала прямо из гранитного блока и пыталась схватить меня за штанину. Как ошпаренный я отскочил в сторону. Рука торчала из гранита почти по самое плечо, и рука эта была женской, в чёрном кожаном рукаве куртки-косухи, судя по застёжкам на предплечье. Она судорожно шарила по сторонам, ища мою ногу. А над ней из гранита торчало лицо. Живое и тоже… женское. Без сомнения – это всё принадлежало одной особи. И рука, и лицо, то есть. Лицо беспомощно смотрело прямо на меня. Девушка явно просила помощи.

– Эй, мне нужна помощь, не бросай меня тут, – сдавлено прошептала она, – гранит раздавит меня, уже дышать трудно.