Философский камень Медичи

Август этого года в Риме оказался особенно жарким. Старожилы и синоптики в кои-то веки пели в унисон: температура превышала средние показатели на целых десять градусов. Некоторые острили, что не иначе как назначенный на ближайшее время очередной «конец света» шалит, некоторые ссылались на потепление климата и пророчили катастрофы. Но в общем и целом, на туристической посещаемости Вечного города погодные недоразумения никак не сказывались. И выносливые китайские, русские, латиноамериканские и прочие туристы маршировали организованными группками от одной достопримечательности к другой, добросовестно засовывали руки в Бокка делла Верита, фотографировались на фоне Колизея и античных колонн, не сбавляя темпа, осматривали знаменитые римские площади и фонтаны. Среди групп пытались пробиваться менее организованные соседи Италии по ЕС и американцы. Фотоаппараты щелкали, гиды размахивали то флажками, то исскуственными цветками гигантских размеров, разноголосая и разноязыкая толпа вопреки всему продолжала восхищаться. И Рим каким-то одним ему известным способом продолжал оставаться Римом. Когда же ошалевшее солнце закатывалось наконец за горизонт, к туристам присоединялись и жители. Все дружно вываливались на накаленные за день мостовые, уютно располагались за столиками кафе или просто болтались по узким улочкам и тенистым аллеям парков.

Кася вышла из отеля ближе к обеду, так и не решив для себя, чем же она будет сегодня заниматься. «Я должна составить программу», – запоздало подумала она, погружаясь с головой в водоворот Рима. Вечный город гигантской воронкой затянул ее в свои объятия, и вскоре она благополучно забыла все свои благие намерения. Совершенно ошалевшая и очарованная девушка бродила по маленьким улочкам, периодически выныривая то к Пантеону, то к фонтану Треви, то к площади обелисков. Сама не помнила, как оказалась на площади Венеции. Улыбнулась, представив, на кого она похожа со стороны: высокая молодая брюнетка в запыленных теннисках, с очумелым взглядом и кучей маленьких и больших пакетов в руках. Абсолютно уже вымотанная вспомнила наконец, что забыла пообедать. Напрягла память, неподалеку, рядом с развалинами Форума Тражана, в прошлый свой приезд она очень вкусно поела в небольшой таверне. Решила попытать счастья. На ее удачу место нашлось, и она наконец-то смогла с удовольствием вытянуть ноги. Джулия была права, уже к концу первого дня пребывания в Риме Кася почти забыла все свои тревоги.

Все началось с того, что ей понадобилось уехать из Москвы. Вернее, даже не уехать, а сбежать, раствориться, исчезнуть в неизвестном направлении. Нет, ей ничто не угрожало, по крайней мере на данный момент. Скорее всего, она сама являлась угрозой для целого ряда людей… Поэтому проще всего было удалиться (умчаться) от греха подальше. У нее был выбор – отправиться к маме в Ниццу или съездить в Берлин к Кириллу. Но весь период пребывания у матери грозил вылиться в непрекращающиеся споры о смысле ее, Касиной, жизни, вернее его отсутствии. С Кириллом было еще труднее. Их отношения продолжались уже больше года, но Кася до сих пор не могла понять, кем же являлся для нее этот образчик мужской красоты под два метра ростом, с точеным профилем Адониса и прозрачными голубыми глазами? Любовником или любимым? Другом или соперником по поиску? Помощником или наблюдателем? Получалось, что эту ситуацию можно было отнести к какой угодно, но только не к нормальной. Тем более Кирилл имел дурную привычку появляться без приглашения и без предупреждения исчезать.

Тогда, после недолгого размышления, Кася решила отказаться от обоих вариантов. Итак, ни мама, ни Кирилл не подходили. Оставалось отправиться куда глаза глядят, что обычно проще сказать, чем сделать. В этот момент подвернулось приглашение Джулии. С Джулией Кася познакомилась в международном студенческом лагере. Вместе с несколькими однокурсниками она подписалась тогда участвовать в восстановлении небольшого средневекового замка неподалеку от Страсбурга. Кроме них, в группе оказались пять испанцев, две итальянки и четверо литовцев. Особенно она тогда и подружилась с Джулией из Генуи и с Витасом и Бирутэ из Тракая. С тех пор друг друга они не забывали, регулярно обмениваясь сообщениями и даже ухитряясь встречаться время от времени.