Философия сознания без объекта. Размышления о природе трансцендентального сознания

Настоящая работа предполагает знакомство с моей предыдущей книгой («Пути в иные измерения»)[1], но ее можно читать и саму по себе. То, что было опубликовано мною ранее, представляет собой записи, которые делались непосредственно в процессе преображения сознания автора. К числу достоинств первой книги можно отнести глубоко личностный характер повествования, однако отсюда и ее недостаток – отсутствие той объективной оценки, которую может дать только некоторая отстраненность от предмета изложения. Вторую главу тома, который вы держите в руках, можно рассматривать как краткое повторение написанного прежде. Естественно, что в данном случае перспектива более полная. Интерпретации, появившиеся в результате осмысления череды изменений сознания, более тесно связаны нитью логики. Содержание первой книги не могло не быть фиксацией потока идей, принимавших видимые очертания по мере их появления на авансцене сознания; в книге отсутствовало систематическое развитие положений. Написанное было истиной дня, или даже мгновения, развернутой настолько, насколько того требовало построение концепции. Многие проблемы остались рассмотренными не до конца, причем я поступал так умышленно, намереваясь впоследствии развить тезисы более полно. Таким образом, нынешняя книга виделась мне как заполнение пробелов предыдущей работы.

Однако вопреки моему намерению выстроить более стройную (с позиций логики) систему, я с некоторым удивлением обнаружил, что мысль продолжала развиваться в непредвиденных направлениях. Стоило потоку сознания прорвать плотину задуманной структуры, как формальный план работы вновь и вновь нарушался. В результате, хотя предлагаемая работа несколько стройнее «Путей», она все же не вполне отвечает требованиям завершенной системы. Очевидно, время окончательной доводки всех частей еще не наступило. Некоторые проблемы получили более полное освещение, однако при этом возникали другие, оставшиеся без должного рассмотрения.

Познавший Пробуждение становится немного поэтом – даже если прежде был абсолютно безразличен к поэзии. Мысли больше не могут оставаться исключительно формальными. Поэт является первопроходцем, а интеллект выступает в качестве систематизатора. Один открывает Врата, а другой занимается тылами. Их функции взаимодополняющие. Но помимо преимуществ такого сочетания имеются и порожденные им трудности. Мысль, стремящаяся построить завершенную и всесторонне безупречную систему, всегда находит новые Врата (распахивающиеся в самых неожиданных местах), и тогда возникает потребность в реорганизации. Перспективы, открывающиеся при каждом новом Раскрытии, слишком ценны, чтобы их игнорировать; к тому же было бы бесчестно отвергать Истину. Так что система никогда не будет полной. Прошу критиков простить этот изъян (если, конечно, это изъян).

Оказалось, что пренебречь в данной работе личным фактором мне не позволяет даже логика. Я предпочел бы писать как Спиноза[2], но в наши дни уже нельзя игнорировать проблему гносеологии. Мы больше не можем принимать концепции за непосредственные носители знания. После Канта[3] нам приходится подвергать сомнению авторитетность всех теорий. Всегда возникает вопрос: а что, собственно, стоит за концепцией? Обычно за ней находится нечто, концепцией не являющееся. Как же ознакомиться с этим «нечто»? В сфере обыденного опыта проблемы довольно просты и нередко прогнозируемы, но вынесенный на суд читателя Путь Сознания, открывающийся после преображения, настолько далек от проторенных дорог, что его нельзя преподносить без дополнительных разъяснений. По этой причине я сделал обзор процесса преображения, стремясь заложить фундамент для последующего более систематизированного обсуждения.