Фиктивная сделка

Глава 1

План с изъяном

Май

В одном европейском промышленном городке, в красивом аэропорту, на скамье в зале прилетов, спиной к толпам туристов и лицом к огромным окнам, за которыми открывался чудный вид на белоснежные лайнеры и сияющие верхушки гор, совершенно чуждые суете (и немецкому языку, звучащему со всех сторон) сидели двое русских.

Впрочем, один из них славянином был, кажется, в большей степени, чем второй. Он с любопытством, свойственным этому этносу, разглядывал что-то крайне занимательное в своем телефоне. Второго же, и по виду и по одежде, вполне могли принять за местного бюргера. И именно он сейчас выглядел крайне недовольным собой, с раздражением косясь на игромана. У его недовольства, кстати, были совершенно объяснимые причины. Он почти сразу вытянул ноги и водрузил их на чемоданы и дорожные сумки, стоящие перед путешественниками. Левую конечность у самой щиколотки плотно обхватывали толстые слои бинтов. Под бинтами, по логике, находился гипс.

Те немногие, кто замечал пару, изображали сочувствие на лицах. Активный отдых в Альпах в конце весны, безусловно, таил в себе определенные угрозы, – снег был уже не так чист и хорош, как, к примеру, в начале сезона, в зимний период. А спуск с уклоном, если имел место, грозил неприятным ускорением и торможением, впоследствии, всеми имеющимися в наличии точками опоры. Видимо, у этой пары при спуске и впрямь не все прошло…гладко. Да и не только при нем…

Пассажир со злым лицом разглядывал это уплотнение, периодически торкая в него пальцем и щупая бинт. Пять минут назад, на таможенном досмотре, рентген показал, что у туриста под гипсом… ничего нет. То есть, совсем ничего, кроме собственных костей и мышц, разумеется. А поверх мышц – спортивных брюк, свободного кроя и вместимости, весьма удобных при болезненных травмах или переездах. Чему можно было бы радоваться, если бы не одно но… Выходило, что австрийский хирург перестарался, загипсовав его «до прилета в Москву», за что, наверняка, списал неплохие деньги со страховки, приятно улыбаясь и махая вслед профессионально-загребущей рукой.

Зато сам пострадавший, по приезде в аэропорт, провел несколько неприятных минут в комнате рядом с «опорным пунктом» таможни, объясняя, почему у него гипс на… здоровой ноге. Анатомические познания паспортной службы оставим здесь за кадром. К счастью, все медицинские справки, выданные в госпитале, оказались правильно оформленными, несмотря на ошибку в изначальном диагнозе, и забинтованному туристу, со скрипом автоматического пера в бланке, позволили вернуться на Родину.

Теперь, после пережитого, он даже чувствовал некоторое облегчение от того, что сложный «перелом», хоть и опосредованным путем, но, все -таки, не подтвердился. Однако, злоба не сходила с бледного лица. Нога сильно опухла, – похоже, мышцы были надорваны, – и нестерпимо чесалась под ненужной громоздкой повязкой. Он мечтал поскорее ее снять, но в последний миг рассудил, что гипс может ему пригодиться. У него имелись хорошие связи, адвокаты, и думается, радость австрийца при прощании была преждевременной. Он вытрясет из этой клиники все… что окупит ему будущий лыжный сезон.

– Хорошо еще, что мы приехали сюда за два часа до вылета. – заметил его товарищ, отрываясь от телефона. – Твоя пунктуальность помогла…

– Хорошо, что отказались от костылей, которые мне настойчиво предлагал тот австрийский шарлатан! – хмуро отозвался забинтованный. – Правда, в качестве моральной компенсации, можно было и принять! Но, как бы я смотрелся на этих подпорках… без перелома!

– Но ведь нога-то болела. – сокрушался игроман. – Хотя диагноз мне сразу показался надуманным. Когда твою ногу зачехлили, ты вдруг встал и пошел… как Лазарь! Я был поражен…

– Неудачное сравнение…

Они немного помолчали.

– Скорее всего – растяжение… – хромой опять почесал гипс. – И как несвоевременно! У меня нынче дел по горло. А с этими бумагами мы попали в яму похуже, чем я … со своей ногой.

– Что ты решил? Признать сделку или умолчать, сделав вид, что бумаг не существует, а после вообще забыть о проблеме раз и навсегда?

– Пока существует второй вариант, забыть не получится. – покачал головой забинтованный. – Но если в течение полугода не поднимется шум, если бумаги не обнаружат, то, возможно, все обойдется. А пока будем просто тихо сидеть и ждать…

– Что мы и делаем. – игроман вернулся к телефону.

– Да и на хромой ноге далеко не побегаешь. Представляю, когда о «падении» узнают в городке, какой визгливый шум там поднимут мои «фанаты». Рейтинги «доверия» поползут вверх. Нам, возможно, придется повременить с возвращением…

– В каком смысле?

– Не могу же я, в самом деле, явиться к ним… на костылях? Вернешься – ты! Подключишь к делу специалиста. Необходимо наблюдать за шевелением в столице. А мне требуется лечение… Хотя, после падения обычно следует взлет, но я пока не готов к полету. Взлетная полоса какая-то… кривая. И кто все портит – большой вопрос. Нам предстоит ответить на него… в ближайшее время!