Фантомы

Книга в честь Эббе Карлссона

Сюжет книги потребовал, чтобы я побывал в офисе Президента Соединенных Штатов, Директора Центрального Разведывательного и всех его работников, у представителей штата Джорджия в Сенате Соединенных Штатов, у Премьер-министра Швеции, его министра обороны и других сотрудников этого министерства. В этих кабинетах я размещал моих персонажей по моему собственному выбору, что является неотъемлемым правом рассказчика. Имена персонажей были взяты из дружеского окружения, услышаны или просто придуманы, и ни одно из них не претендует на то, чтобы представлять реальное лицо. Любой, кто думает, что именно он описан в книге, ошибается, надумывает или сумасшедший.

Эта рукопись была написана на двух персональных компьютерах, на «AT и Т» 6300 с периферийным устройством «Пичтри» на жестком диске (с использованием программного обеспечения «Уорд-Стар», которое никому не рекомендую), и на «ПолиМорфик» 8813, древней, но достойной машине с ее собственным программным обеспечением подготовки текстов. «Френк Стернс Эсоушиэйтс» из Ванкувера, штат Вашингтон, перевела материалы с дисков «ПолиМорфика» на совместимые диски IBM. В этот же компьютер были введены поправки редакторской копии, и окончательный вариант текста был с диска переведен на наборное устройство.

Оскар Оскарссон щурился в ярко освещенном тумане, высматривая хоть какую-нибудь птицу. Наверху, над его суденышком сияло солнце, но ниже, у воды, вокруг него клубились испарения. Словно находишься во флюоресцентной трубке, окруженный переливающимися газами. Наконец он заметил удалявшегося от правого борта буревестника и прикинул по нему, что видимость, возможно, метров пятьсот, не больше. Что касается Оскарссона, для того, что он собирался сейчас предпринять, условия были идеальные.

Он подал на движок тысячу оборотов в минуту, обернулся и кивнул Эббе. Паренек чуть улыбнулся, освобождая тормоз главной лебедки и начиная стравливать трал, длинный чулок из стальных ячеек, чтобы тот пополз по дну на двадцатиметровой глубине. Оскарссон с удовлетворением наблюдал, как работает внук, может быть, еще и не очень квалифицированно, но со знанием дела. Парень был одет только в джинсы и майку. Молодежь нечувствительна к холоду. Оскарссон восхищался фигурой мальчика, хорошо развитой мускулатурой, исключительно пропорциональным сложением. Когда он был подростком, подумал он, все юноши-шведы выглядели так, и все потому, что много работали и играли. А теперь они или тощие хиппи, или толстые экономисты. Так что Эббе, скорее, исключение, чем правило. Мальчик зимой на лыжах, летом в турпоходах или выступает за сборную школы по гребле. И если не занят учебой, то с удовольствием и почти без видимых усилий занимается физической работой.

А у отца мальчика, у сына Оскарссона, в Стокгольме — дискотека. Дискотека — подумать только! Оскарссон как-то навестил сына и побывал там. Господь небесный, ну и местечко! Какой-то грохот, они называют это музыкой; а эти мигающие огни, а жара, а запахи! Не занятие это для взрослого мужчины. Эббе такая работа не нужна, он так и сказал деду. Парень понимает, что не слишком смышлен для университета, да особо и не жалеет об этом. Когда он покончит со всей этой школой, — увы, только в будущем году, — он приедет к деду, и уж вместе они порыбачат. И тоже заработают денег. С таким небольшим траулером двое мужчин легко справятся, и экипаж им ни к чему, только лишние паи в улове. Так что парню с дедом будет неплохо, а через несколько лет, когда узнает все рыбные места, то пусть и возьмет кого-нибудь в компаньоны, а Оскарссон удалится на покой и будет иметь свою долю как владелец судна. А судно хорошее, и Оскарссон радовался, что не скупился, и немалую часть прибыли тратил на поддержание его в порядке. Если и малыш будет за ним ухаживать, оно и ему послужит не один год. Отец же Эббе, должно быть, придет в ярость, когда парень уедет к деду ловить рыбу. Ведь он-то все деньги зарабатывает этой дискотекой, а сын — простой рыбак! Оскарссон улыбнулся своим мыслям.

Когда трал был полностью вытравлен, Оскарссон махнул рукой, чтобы парень шел в рулевую рубку, а сам развернул карту.

— Вот здесь, — ткнул он толстым искривленным пальцем.

Это были руки рыбака, распухшие от многолетней работы в холодной воде, с пальцами в шрамах, изогнутыми из-за неправильного срастания сломанных суставов, изуродованные каждодневной работой без рукавиц с неумолимыми орудиями лова и мощными механизмами.

— Вот здесь мы набьем наш трал под завязку.

Парень наморщил лоб и показал на карту.

— А как же это, дедушка? — спросил он, ведя пальцем вдоль прерывистой красной линии. — Ведь это означает, что мы в запретной зоне. Почему она запретная? И не попадет ли нам за это?

— У Карлскрона находится военно-морская база, — ответил старик, указывая куда-то в туман. — Ну вот им и не хочется, чтобы русские сюда пробрались и наделали снимков.

Он ткнул себя в грудь большим пальцем.