Ева (СИ)

— Рыжик, давай просыпайся, — не хочу, почему он меня будет, у меня сегодня выходной.

— Дань, дай поспать, — и до меня дошло, он же не живет теперь здесь!? — А, что ты здесь делаешь?

— Нормально, кто вчера меня, по телефону, умолял научить водить!? И желательно, сегодня.

— Точно, Данька, прости. Я еще не проснулась. Я сейчас быстро соберусь, и поедем учиться, — я быстро вскочила с кровати и помчалась в ванну, но голос брата меня остановил на полпути.

— Нет, Рыжик, мы сначала позавтракаем, потом поедем.

— Я не хочу есть, — вечно он меня откормить пытается.

— Даже слышать этого не желаю. Посмотри на себя: кожа да кости.

— Где!? Между прочим, у меня красивая фигура. Мне много парней об этом говорят.

— Я этим парням глазенки повырываю, чтоб не смотрели, — я его уже не слушала, забежала ванну.

Данька, как всегда, меня оберегает. Я его, конечно, люблю, но иногда он перегибает палку. После того, как наши родители погибли, он стал для меня и папой и мамой. Когда их не стало, мне было шесть, а брату восемнадцать. Мы тогда поехали на машине к бабушке, на лето, меня хотели оставить, но в нас врезался грузовик. Родители погибли мгновенно, а мне придавило ногу между кресел, славу богу, брат остался дома и не поехал с нами. Я больше всего в жизни боюсь остаться одна, без своей семьи. После похорон родителей, меня сначала хотели забрать в детский дом, но Данька не дал. Эти органы… как их там…ну, короче, я не знаю, они не хотели меня оставлять на подростка, который только недавно окончил школу и не работает. Но он все-таки договорился на испытательный срок, так что через месяц, когда они пришли, удивились. Данька нашел какую-то хорошо оплачиваемую работу. Да и сам он изменился, повзрослел что ли. И после они больше к нам не приходили. Я старалась вести себя хорошо, потому что очень боялась, что он может передумать и отдать меня. Даня часто по ночам работал, а меня оставлял всегда с какими-то своими подружками, чтобы те следили за мной. Потом он заметил, что со мной что-то не так, ведь я всегда была очень шустрым и неспокойным ребенком, а тут стала тихой и во всем его слушала. Как-то он подошел ко мне и спросил, что меня беспокоит? На что я ответила, что боюсь, вдруг он меня отдаст им, а он ответил: «Никогда и не кому меня не отдаст». И после этого я стала такой, какой была всегда и, в принципе, до сих пор ей и остаюсь. Сумасшедшая, которая всегда находит приключения на свою попу, и у меня взрывной характер. Брат говорит: «Бедный твой муж, я ему не завидую, он постоянно будет тебя вытаскивать из всяких твоих передряг, которые тянутся к тебе, как к родной». А пока меня всегда вытаскивает он. Но я, правда, не виновата, что так получается, может у меня карма такая?

— Рыжик, ты там не замылась? Давай, выходи уже! — он всегда так меня называл из-за моего цвета волос, они у меня ярко-рыжие. Такие же были и у мамы, а так же мне достались от нее ярко-зеленые глаза. Даня говорит, что я очень похожа на нее, а это только радует. А сам он был похож на папу. Наш папа был брюнетом с синими глазами и очень высокого роста.

— Уже выхожу! — быстро вытерлась полотенцем, оделась в шорты и в майку, вышла из ванной и отправилась на кухню. Эту квартиру мне оставил брат, когда себе купил отдельное жилье. Я поступила в универ, а он мне сделал такой подарок. Моей радости не было придела.

— Ну что, готова учиться водить? — спросил меня, когда я села за стол. Да я, наконец-то, решилась научиться водить. После того случая, мне было страшно, но когда окончила первый курс универа, решила попытаться побороть свой страх.

— Да, готова.

— Как твоя нога? Не болит? — у меня после той аварии остался на бедре шрам, который иногда беспокоил, и я даже не могла ходить, так он у меня болел. Но Данька достал какое-то дорогущее лекарство, оно мне очень помогало.

— Нет, все в порядке. Поехали уже, Дань! — я на скорую руку позавтракала.

— Ну, ты и шустрая. Ладно, поехали.

Мы вышли на улицу, как я люблю лето! Когда на улице все зеленое, светит солнышко, настроение сразу поднимается. Мы подошли к машине брата. Мне стало сразу страшно.

— Дань, может, ты меня будешь учить на другой машине?

— А чем тебя не устраивает эта?

— Но она ведь слишком дорогая. А если я ее разобью?

— Не разобьешь. Садись, давай.

— А где ты меня будешь учить? — спросила его, когда мы тронулись с места.

— Там, где не будет людей и машин, — смеясь, ответил.

— Очень смешно, — обиделась я.

— Ладно, Рыжик, не обижайся. Ты же ведь знаешь, какая у тебя везучесть.

— Знаю, знаю. А когда ты меня познакомишь со своей девушкой, — решила я сменить тему.

— С какой девушкой?

— Не прикидывайся. Я тебя видела, как ты ее за руку держал в каком-то ресторане.

— Ты следишь за мной?

— Нет, но, наверное, надо будет.

— Я тебе дам, «надо будет».

— А, что!? Тебе уже тридцать, а ты до сих пор не женат.

— Ну и что!? Это вам женщинам проблематично в тридцатник замуж выйти. А мужикам намного проще и в сорок лет найти себе жену.

— Значит, мне пора выходить замуж?