Это может продолжаться вечность, пока не погаснет костёр. Стихотворения

Меняется пейзаж дорожный,

Души ничем не задевая,

Лишь месяц, словно друг надежный,

Летит со мной, не отставая,

Лишь память в этот грустный вечер

Меня с былым соединяет,

Лишь радость нашей новой встречи

Мне сердце нежно согревает

Стучат устало поезда

В широком поле.

А я уеду в никуда

Из этой боли.

И по-другому буду жить,

Собой займусь.

И постараюсь не любить,

Коль не влюблюсь.

Стучат устало поезда,

Наводят грусть.

А я уеду в никуда.

Потом вернусь

Простите мне мою бестактность,

Признаюсь, сам себе не мил.

Я вам на время изменил

И полюбил, увы, абстрактность

Почему ростральные колонны

О любви мне напевали свыше?

Потому что я ходил влюбленный,

Да к тому ж с поехавшею крышей.

Мы с тобою непохожи.

Ты одна, а я другой.

Не смотри, что с пьяной рожей.

Спирт ведь тоже дорогой

Горит костер как сумасшедший веник,

Разбрасывая искры в небосвод.

А мне б еще чуть-чуть немного денег,

И я бы звезд устроил хоровод

Пропалывала грядку

Хозяйка молодая.

Брал муженек трехрядку

И пел не умолкая.

Смеркалось дольше ночи

И разлилось сияньем.

И захотелось очень

Идти за подаяньем.

И захотелось очень

Да в незнакомый город,

Где незнакомый терем

И незнакомый холод.

И захотелось очень

Пропеть всем песни эти,

Как онемели ночи,

И погрустнели дети,

И что вокруг творится.

Все в песне отзовется.

А что в душе творится,

Напевом обернется.

Но только бы не знали

Друзья про песню эту.

И захотелось очень

Поколесить по свету.

А также захотелось

Промчаться с громким свистом!

Неясная судьбина

Досталась гармонистам

Голоса живых

да и мертвых теж

как ветра сквозят

в разны стороны.

На Святой Руси

что ни дверь – то брешь,

что ни дом – острог.

Кружат вороны.

Как же дальше жить? –

Боже, подскажи.

Кок отнять от губ

чашу горькую.

На святой Руси

что ни шаг – межи,

что ни ночь – костер, –

манит зорькою.

Не приснился ль нам

колокольный звон?

Ведь на церкви той

даже нет креста.

На Святой Руси

что ни речь – то стон,

что ни стон – то песнь…

«Господи Иисусе,

Христе Сыне Божий,

помилуй нас, грешных».

А кресты-то те

из земли растут,

из земли сырой,

всходы буйные.

Всходы буйные,

разрешенные.

И встают горой,

и стоят горой.

Горы стали все

сплошь поклонные.

Как же дальше жить? –

Боже, подскажи.

Не умчаться ль в степь,

не уйти ль в леса?

Вороньё кружит.

Дикий зверь бежит.

А в лесах-то зверь

весь повывелся.

Голоса живых

да и мертвых теж

как ветра сквозят

в разны стороны.

На Святой Руси

что ни дверь – то брешь,

что ни дом – острог.

Кружат вороны

«Здравствуй, племя, младое, незнакомое…»

(А.С.Пушкин)

Я раньше болдинскую осень

Знал лишь по пушкинской строке.

Погода снег уже наносит.

Сюда приехал налегке.

Усадьба нынче на ремонте.

Забиты окна, двери. Грусть.

Меня сегодня вы не троньте.

Я к вам сегодня не вернусь.

Выходит с сединою сторож.

Машины бродят вдалеке.

Не нужно слов, молчите, что уж.

Я сам приехал налегке

Дорогами опутан шар земной,

И поезда несутся словно тучи.

А ты опять сегодня не со мной,

И снова я надеюся на случай.

Когда же вновь я обрету покой,

Любовь, надежду, веру, постоянство?

А жизнь течет широкою рекой

И исчезает медленно в пространство.

И исчезает словно навсегда,

И ты уходишь, словно бы навеки.

Я вновь сажусь в чужие поезда

И захожу опять в чужие реки

Время тихо клонится ко сну,

Покрывая старое и новь.

Я тогда читал все про войну,

Ты тогда читала про любовь.

И ушла в тревоге на вокзал.

Отпустил тогда тебя одну.

Отпустил и слова не сказал,

Скорую не чувствуя вину.

Лишь теперь мне хочется читать

Про любовь и прочие дела,

Чтобы, наконец, тебя понять,

Ту, какою ты тогда была

И сердце улыбнулось со слезой,

И тучи подошли с туманной далью,

И дождь пошел, и загремел грозой,

И все вокруг подернулось печалью.

И захотелось спать как никогда.

Но в снах я снова эту жизнь увидел.

О как же я любил тебя тогда!

И как себя потом я ненавидел!

Уже давно рассеялся тот зной,

И листья пожелтевшие упали,

Но фотографии, как листья, с желтизной,

Мне вновь и вновь напомнят о печали