«Этернум». Том II

I

Происходящее упорно отказывалось укладываться у меня в голове, и я невольно заподозрила, что меня вновь атаковали отступившие было галлюцинации – до такой степени яркие и реалистичные, будто чей-то изощренный ум искусственно создал их из разрозненных обрывков моих воспоминаний. Меня и раньше посещала шальная мысль, что сканирование мозга продолжается и поныне, а я наяву переживаю воплощение собственных глубинных страхов. Подсознание, как известно, было штукой тонкой и достаточно плохо изведанной, и я не исключала, что при должном уровне финансирования современная мнемотехника была способна шагнуть на недосягаемую прежде ступень, а учитывая, какие бешеные деньги ежегодно утекали в Спецкорпус Х, моя гипотеза вовсе не выглядела безосновательной. Вполне возможно, что аккурат в эти самые минуты я сидела в лабораторном кресле, опутанная паутиной проводов, и высокочувствительные датчики считывали информацию напрямую с моих нейронов, а Тер-Шелл наблюдал за процессом из-за непрозрачной перегородки и уже предвкушал, куда он использует полученные данные. Все эти причудливые картины, которые я в заблуждении принимала за часть окружающей действительности, могли быть всего лишь побочным эффектом агрессивного сканирования, и сейчас я натуральным образом бредила. Честно говоря, эта версия мне даже чем-то нравилась – думаю, преимущественно тем, что практически не оставляла простора для воображения и не требовала дополнительных объяснений, тогда как если появление «Этернума» на радарах не было плодом воображения, любые логические схемы автоматически демонстрировали свою полную несостоятельность. Звездолёту полагалось находиться в ремонтном доке, а экипажу строжайше запрещались любые контакты с внешним миром до истечения срока карантинных ограничений, и навскидку я не могла выдвинуть ни одной более или менее правдоподобной версии, обосновывающей, почему Космофлот внезапно пренебрег стандартными процедурами.

Меж тем, события развивались крайне динамично, и еще через мгновение на дисплее возникла вторая точка, стремительно движущаяся в одном направлении с предполагаемым «Этернумом» и предсказуемо опознанная сенсорами в качестве таргоцианского истребителя. Ситуация великолепно иллюстрировала расхожее выражение «то пусто, то густо», и хотя появление таргоциатов в общем-то не стало для меня неожиданностью, я бы предпочла радикально сократить количестве действующих лиц в этой откровенно абсурдной постановке и для начала разобраться, откуда здесь взялся «Этернум», а уже потом выстраивать конструктивный диалог с наемниками. Но, пожалуй, самое удивительное заключалось в том, что меня, вернее станцию, никто не до сих пор не вызывал, и если наемники сроду не отличались приверженностью к формализму и запросто могли без предупреждения пойти на абордаж, то в случае со звездолетом молчание в эфире выглядело довольно странно и тревожно.

Можно было, конечно, попробовать первой вызвать «Этернум» и посмотреть, что за этим последует, но постигшая меня растерянность существенно тормозила скорость реакции. В итоге я так и сидела в кресле адмирала Тер-Шелла и широко распахнутыми глазами взирала, как по мере приближения к станции две светящиеся отметки приобретают всё более четкие очертания. Издалека таргоцианский истребитель был похож на хищную стальную птицу с угрожающе встопорщенными перьями боевых орудий, и у меня по коже пробежал неприятный холодок, когда быстрый, маневренный корабль наемников материализовался прямо у меня перед глазами и неподвижно завис на расстоянии выстрела. «Этернум» сделал то же самое, и до меня задним числом дошло, что таргоциатам при всей своей безбашенности нечего противопоставить флагманскому судну Галактического Союза, и наёмники были вынуждены вступить в переговоры. Встреча с «Этернумом» в планы таргоциатов однозначно не входила, и я могла представить разочарование наемников, уже наверняка поделивших добычу и подсчитавших внушительные барыши от продажи награбленного. Знать бы точно, что творилось на звездолете, но для этого необходимо было в первую очередь инициировать сеанс связи, и после недолгого пребывания в ступоре я наконец созрела для вызова. Впрочем, мое волевое решение не принесло результата – чертов суперкомпьютер даже для такой пустяковой задачи затребовал двухфакторную идентификацию, а коммандер Сулим, увы, была физически не в состоянии мне помочь.