Этажи

На улице промозгло, густой туман укрыл собой город, в котором я живу вот уже тридцать три года.

Открываю дверь подъезда кирпичной многоэтажки. "Привет!" – будто невзначай говорю задорным голосом пожилой сварливой консьержке. Она, конечно, что-то ворчит мне вслед. Быть может даже что-то грубое. Но я не в обиде.

Налево от поста консьержей два лифта. Грузовой вечно не работает, второй – маленький, пассажирский.

Я немного задерживаюсь, рассматривая выкрашенные синей краской стены подъезда. Краска местами вздулась, где-то даже облупилась. Обычно я быстро захожу в лифт и еду на свой девятый этаж, не оборачиваясь назад. Но сегодня особый вечер. Сегодня я не спешу.

Поворачиваю направо – на лестничную клетку. Сколько ступеней у меня впереди? Хватит ли, чтобы с лихвой оглядеть свою жизнь?

Наверное, вы думаете, кто же я? "Я – Мастер"… Прямо как в романе Булгакова, только судьба не занесла меня в сумасшедший дом, да и не на столько я гениален, чтобы критики прочитали мой роман и разнесли его в пух и прах. И не на столько везучий, чтобы красавица Маргарита последовала за мной к самому дьяволу…

И тем не менее, я – писатель.

Прохожу первый пролет. Сколько ступеней? Кажется шестнадцать… Пахнет табачным дымом… Смотрю в маленькое окно первого этажа. За окном стелется туман. Он так плотно клубится, что мне кажется, будто туман прильнул холодными влажными ладонями к оконному стеклу, и смотрит на меня в ожидании развязки.

Первый этаж… Моя жизнь началась в однушке на первом этаже. Мы живем в пригороде Москвы – беззаботное счастливое детство. Мы с мальчишками играем в войнушку, бегаем друг за другом с палками. "Ты-ды-дыщ! Убит!" – кричит мой друг, направляя мне в лицо отломанную от куста палку. Я падаю на землю и делаю вид, что умираю. Никогда я не был на столько живым, как тогда.

Шестнадцать ступеней. На бетоне пятой что-то пролили – черные пятнышки, застывшие под моими ногами. Маленькая настенная лампа мигает, словно я – не я, а герой фильма ужасов, идущий навстречу туману, который следит за каждым моим шагом сквозь маленькое окно между этажами.

Второй этаж. Мне исполняется 7 лет, и мы переезжаем на второй этаж старой хрущевки. Я иду в первый класс, гордо сжимая в руках новенькую пропись.

"Давайте знакомиться, дети!" – говорит моя первая учительница Наталья Константиновна. Строгая худая брюнетка с волосами, завязанными в хвост.

Я встаю с места и сбивчиво цитирую стихи Омара Хайама, которые мне перед сном всегда читала мать:

"Хоть и не ново, я напомню снова:

Перед лицом и друга и врага,

Ты – господин несказанного слова,

А сказанного слова – ты слуга".

А потом представляюсь: "Костик".

По классу проходит волна смешков, Наталья Константиновна улыбается, ее щёчки заливаются румянцем. Быть может, она тоже хочет посмеяться, как забавно семилетний мальчик декларирует то, что не понимает? А я стою, купаясь, как мне кажется, в лучах славы и думаю: "Мой первый триумф". Я точно знаю, что добьюсь в этой жизни всего!

Шестнадцать ступеней… Подвернул ногу и чуть не упал. Удержался, схватившись за перила. А ведь всего-навсего подхожу к третьему этажу. Помню, уроки в пятом классе всегда проходили на третьем этаже школы.

Итак, третий этаж… Урок литературы. Класс с желтым линолеумом, исчирканным черными линиями, оставшимися от кроссовок учеников. На подоконнике в горшках стоят цветы, которые в простонародье называют "тещин язык". Учительница в джинсовом костюме и очечках говорит, что сегодня читаем вслух. Я с выражением читаю "кладовую солнца" Пришвина. Половина класса не понимает: "О чем это вообще?" И именно в этот момент меня осеняет: Я буду писателем! Я напишу, как мы играли в войнушку. Как продирались через крапиву, догоняя своих игровых врагов, и как падали на асфальт, раздирая колени в кровь. "Все или ничего!"

Четвертый этаж. Я написал первую главу на четвертом этаже грязного подъезда хрущевки, на листах в клетку с обратной стороны тетрадки по математике. Мне 15 лет.

"Что ты тут делаешь?" – спрашивает меня девчонка с пятого этажа. Она поднимается к себе в квартиру и видит меня, сидящим на подоконнике. Я триумфально предлагаю ей послушать начало моего романа и торжественно читаю вслух.

"Ну и скукотень!" – вздорно говорит девчонка.

Да что они понимают, эти девчонки?

16 ступеней… Зачем вообще я их считаю? Я не хочу… Хочу не думать о том куда иду, но мой мозг все равно начинает счёт, стоит мне поставить ногу на ступеньку: "Один… Два…" Я поднимаюсь на шестой этаж. Уже начинаю ощущать высоту, так что где-то внутри растет ощущение тревоги. Туман за окном торжествует, будто знает, что скоро мы встретимся. Но я не спешу. Я медленно мерю шагами лестницу, вспоминая, как поступил в университет. Я всегда любил учиться. А может быть просто хотел быть лучшим? Теперь уже это не важно.