Эта ночь была ошибкой

– Кира, подожди! – Степанов кричал мне вслед, а мне хватило сил лишь сдернуть с вешалки у входа свою курточку и сумку, которые минуту назад повесила на крючок, в надежде бесшумно войти в квартиру, в которой с ночной смены отдыхал мой будущий муж. – Погоди! Дай объяснить…

– Нечего объяснять! – отозвалась глухо, и почему-то голос подвел, хотя мне честно казалось, что увиденное в спальне просто мираж. Реалистичный до дрожи, но все же мираж.

Толкнула входную дверь, проваливаясь в сырой подъезд и почти бегом бросилась по лестнице вниз даже не пытаясь дождаться лифта.

Уйти подальше! Уйти, чтобы не вспоминать.

– Да подожди ты! – Валера догнал меня у железной двери выхода из подъезда. Чертова кнопка никак не хотела срабатывать, и то, что я пару раз ударила по ней ладошкой, ситуации не спасло. Меня трясло. – Куда убегаешь? Это же твоя квартира…

Да, квартира действительно моя, но почему-то вместо того, чтобы выгнать этих тварей из нее, я попыталась сбежать сама. Мозг совсем отключился.

– Ты вся дрожишь, давай поднимемся наверх и поговорим как взрослые люди, – Валера продолжал истязать меня своим видом в черных боксерах, которые я любовно выбирала ему в магазине нижнего белья. Вот только надел он их после того, как спал с этой дрянью.

– Никуда я с тобой не пойду! – стряхнула его клешню со своего плеча, и кнопка наконец пропищала. Дверь подъезда открылась, и я вылетела из него как ошпаренная, но Валера не отставал. Видимо забыл, что так и не оделся, хотя на улице не май месяц.

– Хочешь тут поговорить, тогда давай! – внезапно он разозлился, что я не подумала о его нежных чувствах и не согласилась снова идти в это логово порока. Степанов вышел в трусах на сырой тротуар и переступил с одной босой ноги на другую, глядя на меня с упреком. – Ты замкнулась в своем мирке!

А вот и первая предъява. Ну что ж. Ругаться он умел. Но чаще выставлял все так, что во всех бедах мира была виновата я, без вариантов. И сегодняшняя ссора не исключение.

– Не подпускаешь к себе уже три месяца, а я ведь не железный!

Ой, да ладно. Предъява вторая. После прошлых неудачных попыток завести ребенка и последующих выкидышей я уже потеряла надежду на положительный исход и возможно поэтому предпочитала спать не в супружеской постели, а на диване в гостиной. Поначалу Валера был против, но потом смирился.

– Как гребаная снежная королева! Но ведь я не виноват, что по твоей вине у нас не получается завести ребенка!

По моей вине. Предъява номер три. Я объехала разных врачей и все в один голос твердили, что не видят причин, почему я не беременею. Валера, к слову, проверяться отказывался, говорил, что у настоящих мужчин все в порядке. Не знаю, кого он имел в виду…

– И что мне оставалось делать?

– Быть может не вестись на первую попавшуюся юбку, которая оказалась рядом? – знала, что поток возражений только разожжёт костер его предъяв, но и у меня накипело. – Вместо того, чтобы обследоваться со мной ты лежал на диване и обвинял меня во всех проблемах!

– Галя не первая попавшаяся! – огрызнулся, а я поморщилась, стараясь стряхнуть непрошенные слезы. Ну конечно она не первая попавшаяся. Она моя подруга, которую я со школы знаю. Она кормила моего кота, когда я уезжала на конференции. И видимо не только кота. То-то я думаю, что после одного из слетов молодых библиотекарей мой Валера такой откормленный ходил и довольный. А он еще тогда начал, сволочь! – И я не лежал на диване, а зарабатывал на нашу свадьбу!

Ответил обиженно. Не хватало ему еще ножкой топнуть для пущей убедительности. Только вот со свадьбой напряги. Его дражайшая мамочка говорила, что пока я не забеременею, ему нечего и думать о свадьбе. Мало ли какая-нибудь ущербная попадется. А ему потом всю жизнь мне на лекарства работать…

– Которой не будет! – рявкнула, теперь отчетливо понимая, что не пойду замуж за этого негодяя.

Переспать с моей подругой за моей спиной это подло и низко!

– Конечно, не будет! Галя беременна от меня!

А вот и вишенка на гребаном торте. Прекрасное утро, Господа!

Галя беременна…

Беременна…

Если бы можно было сравнить слова с самым острым ножом, меня бы исполосовали им как кожаную тряпку.

Торопливо стерла со щеки слезинку и уставилась в окно автобуса, везшего меня в соседний город. Зачем я туда ехала? Может затем что душа просила перемен. А ведь меня столько раз звали туда работать, но я каждый раз отказывалась, ссылаясь на Валерину работу, мол мое место рядом с будущим мужем. Да и квартиру продавать было бы накладно, курс сейчас невыгодный. Столько «против» и ни одного «за». А сейчас все эти мелкие отговорки кажутся глупыми. Мне светили такие возможности, но я отказалась, потому что подсознательно избирала путь материнства. Хотела забеременеть и родить, сидеть дома и наслаждаться этим волшебным временем. Какая уж тут карьера?