Если наступит завтра

ПРОЛОГ

В последнее время меня мучили жуткие кошмары, очевидно ставшие отражением переживаний, ощущаемых в реальной жизни. Сны были яркими красочными, заставляющими меня каждое утро просыпаться с криком, и чувствовать себя опустошенной и уставшей. Самым примечательным в этих снах являлось одно обстоятельство – какими бы реальными они не казались, стоило мне открыть глаза, и произошедшие события, почему-то кажущиеся важными и значительными, ускользали от меня, рассеиваясь подобно утреннему туману под лучами восходящего солнца.

Сон, приснившийся мне в ту дождливую осеннюю ночь, не походил на другие, которые я обычно не могла вспомнить с наступлением утра. В том сне я видела себя словно со стороны, идущей по берегу моря. Вокруг бушевала страшная буря: дождь лил бесконечным потоком, яростные порывы ветра обрушивались на меня со всех сторон, а над морем то и дело сверкали огненные вспышки молний и раздавались сильнейшие раскаты грома. Но женщина, медленно пробирающаяся сквозь ледяную стихию, будто не замечала разыгравшейся вокруг нее бури, не обращала она внимания и на то, что вся ее одежда, состоявшая из простой больничной рубашки, пропиталась ледяной водой, а длинные черные волосы мокрыми змеями разметались по плечам и спине подобно смертельному савану.

Шедшая по берегу женщина была мной, она обладала моими чертами лица, моими глазами, моей походкой. И все же она отличалась от меня, по крайней мере от той части меня, какой я была до того, как со мной произошла вся эта невероятная история.

В глазах незнакомки с моим лицом я видела нечто удивительное, даже во сне заставившее меня похолодеть от страха и дурного предчувствия. Незнакомка знала истину, которую мне еще предстояло раскрыть. Она знала нечто такое, что имело невероятную силу и мощь, и могло перевернуть судьбу целого мира………Помимо этого потрясающего откровения, я увидела в ее глазах то, что как я поняла много позже, превратилось в мою собственную судьбу, в мое наказание и мой дар. Незнакомка с моим лицом познала боль, огромную всепоглощающую боль, по сравнению с которой мои собственные переживания выглядели смешными и нелепыми. Можно было с уверенностью сказать – этой незнакомки с моим лицом следовало опасаться, поскольку в ее глазах читалась отчаянная решимость, заключающаяся в ее страстном желании броситься в морскую пучину, едва только она поймет, что ее время пришло.

Вскоре сон немного изменился. Я уже не видела женщину со стороны, я стала ей самой. Я почти физически ощущала сковавший ее сердце холод, охватившее ее безумие, ставшее следствием дикого отчаяния и перенесенной ею страшной трагедии. После всего, пережитого ею, у той женщины не оставалось иного выхода кроме как броситься в морскую бездну, способную избавить ее от боли и страдания. Именно такой исход избавил бы ту несчастную женщину от боли, сейчас затаившуюся внутри нее, но готовую в любой момент вырваться наружу. Только так она сможет забыться в долгожданной ослепительной бесконечности, где, возможно, она получит шанс увидеть его, хотя бы один единственный раз………

Внезапно женщина увидела свет, чей источник не представлялось возможным определить, судя по всему приближающийся именно к ней. Неужели кто-то помешает ее планам, не даст осуществиться столь желанной цели? Невольное любопытство переселило страх и немедленное желание бежать от направляющегося к ней источника света. Просчитав возможные варианты, женщина остановилась на пике высокого утеса, готовая в любой момент броситься с обрыва, если только кто-то попытается остановить ее, лишить возможности наконец-то оборвать свое беспросветное существование. Она ожидала, стоя в темноте, обдуваемая бушующей стихией, подобно хищнику, затаившемуся во мраке ночи в ожидании своей жертвы. Время остановилось, перестало иметь значение. Но вскоре все изменилось. Свет, исходивший от фонарей, походивших на фонари прежних веков, внезапно осветил темноту, и она увидела группу людей, закутанных в темные плащи. Мужчина, судя по всему не обращающий внимание на потоки лившегося на него дождя, высоко поднял фонарь. Из темноты возникло скрытое черным капюшоном лицо, чей обладатель имел ничем не примечательную внешность. Мимо такого человека можно было бы пройти на улице или в метро, и через несколько мгновений даже не вспомнить о подобной встрече. Однако женщина, совершенно определенно знала этого мужчину, ибо, словно демон из преисподней перед ней явился человек, называющей себя Генералом, явившийся из кошмара ее воспоминаний, из ее прошлой жизни, от которой она страстно желала избавиться, бросившись в объятия бушующей стихии.