Если бы не ты

Я падаю вниз. Лечу с немыслимой скоростью в чёрную, страшную бездну, пытаясь руками за что-то ухватиться, но всё тщетно. Они отказываются меня слушать, и от чувства неминуемой гибели ужасно щемит сердце. Даже когда открываю глаза, и до меня доходит, что это всего лишь сон, боль в сердце не унимается. Стеклянным, пустым и невидящим взором устремляюсь в потолок, понимая, что заснуть больше не получится. Но и подниматься нет никакого желания. Однако, тупая боль в груди заставляет меня всё же это сделать. Тогда я осторожно, чтобы не потревожить жену, стягиваю с себя одеяло и поднимаюсь. Прикрыв за собой дверь в спальню, выхожу на кухню и сразу же включаю свет. Первым делом, открыв форточку, дрожащей рукою закуриваю лежащий в пепельнице окурок. И только потом начинаю вспоминать вчерашний день. Хотя, в общем-то, и вспоминать особо нечего. С утра вышел в центр, где встретился с такими же, как и сам, безработными алкашами. Сообразили по сто грамм, затем ещё по сто, потом ещё. К вечеру домой уже возвращался неуверенной походкой. Но и на этом не остановился. У подъезда случайно встретил соседа с бутылкой водки в кармане, которого, естественно, пригласил домой. Слава богу, что жена с сыном ходила к тёще. А не то бы всё закончилось довольно быстро, но плачевно. Осилили с ним на двоих всего лишь четверть.

– Значит, больше половины должно остаться!

Мелькнуло в голове. И точно, в полке над раковиной стояла бутылка с недопитой водкой. Недолго думая, я налил полстакана и залпом опрокинул, занюхав тыльной стороной ладони.

– Ну и долго так будет продолжаться?

Услышал за спиной я голос жены.

– Прости, дорогая! Ты ведь не хочешь, чтоб любимый твой скончался в расцвете лет? Нет?

Глядя в лицо супруги, спросил я и, не дождавшись ответа, продолжил:

– А это может случиться в любой момент, если только я не похмелюсь. Снятся какие-то кошмары, да и сердце жмёт, не в мочь.

– Ты на время смотрел, прежде чем пить?

Присаживаясь на табурет у кухонного стола, опять спросила она. Заглянув в прихожую, я с ужасом увидел на часах два часа ночи.

– Ты, по-моему, любимый, уже перепутал день с ночью. И вообще, нам стоит серьёзно поговорить о нашем будущем. Так как я тебя днём последнее время трезвым не вижу, сейчас самое подходящее время для этого.

Спокойным голосом произнесла жена. Почесав голову, я заглянул снова в шкафчик, но уже за сигаретами, лежащими там. Вытащив пачку, снова закурил и уселся рядом на табурет, показав тем самым, что готов к разговору.

– Ну, так как мы дальше будем жить? Ты не ответил мне.

Повторила она свой вопрос и, кашлянув, видимо, от дыма, добавила:

– Я с таким положением дел не готова мириться. Мало того, что ты каждый день пьёшь, ты ещё толком и не работаешь. Нельзя же назвать работой твои временные калымы? Что это за работа? Тому что-то подвёз, от того что-то увёз. Ты знаешь, я никогда не вмешивалась в твои дела, но сейчас не то время. Пойми, на дворе 2002 год. В данный момент на одних калымах не проживёшь и далеко не уедешь. Надо заняться чем-то серьёзным, хотя бы для того, чтобы прокормить свою семью. Ты ведь неглупый мужик у меня. И сам понимаешь, что выпивка – не выход из положения. Она лишь усугубляет нашу общую проблему. А проблема у нас одна – как жить дальше?

Вернулась она к тому, с чего и начала разговор. То, что необходимо было срочно что-то предпринимать, я и сам прекрасно знал. Но никак не думал, что жена поднимет этот вопрос в такой неподходящий момент.

– А когда он будет подходящий?

Подумал я про себя, но вслух ответил:

– Светик! Ты меня знаешь, как никто другой. Дай мне на раздумье ещё два дня. Мне нужно, во-первых, выйти из запоя, а во-вторых, немного пошевелить мозгами.

Жена, тяжело вздохнув, поднялась с табуретки, налила в кружку холодной воды из чайника, выпила и, уходя, сказала:

– Давай не затягивай с этим вопросом. И долго не сиди с открытой форточкой, простудишься. А вообще, закругляйся. Пойдём спать!

С этими словами она вышла из кухни, оставив меня одного. Посидев ещё минуты три, я было потянулся опять за водкой, но остановился.

– Тихо! Тихо! Витёк, не пыли. Ты же только что пообещал завязать с этим делом, а тянешься за стаканом.