Эмпатия

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения. Спасибо.

Переводчик: Алёна (1-30 главы); Дмитрий П (31 глава – эпилог)

Редактор: Вика

Вычитка и оформление: Больной психиатр

Переведено для группы: https://vk.com/bellaurora_pepperwinters

Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО!

Пожалуйста, уважайте чужой труд!

Посвящается

Всем, кто ЖИВЕТ, несмотря то, как бывает порой жесток этот мир.

У жизни множество дорог, изменение маршрутов неизбежно. Кто-то ищет путь добродетели, кто-то теряется по дороге греха, другие катятся по инерции. Время от времени нам попадается путь искупления. Некоторые дороги суждены нам свыше, но только нам решать, последуем ли по ним.

БЛЕЙК

При рождении мне дали имя Дэмиан. По правде, подходит, ну, или так мне говорила, давшее это имя женщина.

– Ты – дьявольское отродье, – выплевывала она, тыкая дрожащим пальцем мне в щеку, когда я отказывался прогнуться по ее прихоти. Все еще ощущаю отпечаток кончика ее пальца и врезающийся в кожу ноготь. Теперь я стал использовать имя Блейк, это мое второе имя, выбранное, вернувшей меня из мертвых, акушеркой. Моя мать не могла дождаться момента, когда покину ее чрево, и по итогу родила меня раньше времени с обвитой вокруг шеи пуповиной. Так что я чуть ли не лишился жизни, подаренной мне в результате случайного перепиха по-пьяни на заднем сидении грузовика.

Говорят, что некоторые люди рождаются с пониженной активностью мозга, холодной точкой в лобной доле. Местом, где у большинства людей высокая активность, благодаря которой они чувствуют, испытывают эмоции и любят. Но у немногих есть эта холодная точка, и она влияет на их способность ощущать, сопереживать, на их эмпатию. Существуют теории, будто у серийных убийц как раз имеется эта холодная точка. Еще у психопатов. Именно поэтому у них нет возможности ощущать связь, заботиться о ком-то.

Я не испытываю чувств, как большинство. Может, я один из этих людей... психопатов. Не знаю. Но я уверен, что могу трахнуть женщину, которая утверждает, будто любит меня, и бросить ее еще до того, как на моей коже высохнет пот. При этом я знаю, что она будет плакать, пока не уснет. Еще я могу давать своей матери наличку, тем самым подпитывая ее наркозависимость, и надеяться, что, в конце концов, одна из доз унесет ее на тот свет. Также... я могу убивать без малейшего зазрения совести.

Мои эмоции искажены, ну, или были до той ночи, что изменила мою жизнь. У меня нет способности волноваться. Меня не заботит никто, кроме младшего брата, который, по сути, и является первопричиной моего становления, как убийцы. Возможно, я бы все равно начал убивать. Некоторые рождаются, чтобы стать чистым злом, пометить мир своей тьмой. Кто-то разукрашивает мир неоновыми красками, я же рисую красным, кроваво-красным.

Могут ли обстоятельства нас изменить? Способно ли созданное кем-то зло преобразовать выбранный нами путь? Выключить тепло в наших душах? Заглушить наш свет, сделать нас холодными, темными и злыми личностями? Не знаю. Я задавался этими вопросами раньше, но теперь принял то, кем являюсь. Как и то, что невозможно выбрать время восхода и заката. Точно так же, я не могу выбрать свою судьбу. Она предначертана. Жизнь тонет в жестокости этого мира, никогда не знаешь, куда тебя занесет, или кем станешь, выплыв на поверхность.

Но я точно знаю, что мои эмоции были выключены, когда в восемнадцать лет вернулся с вечеринки, всецело ожидая быть избитым отчимом за то, что приперся домой пьяным, ранее сказав ему, что не буду ночевать дома. А вместо этого обнаружил его в постели своего одиннадцатилетнего брата. Я буквально ощутил, как что-то во мне изменилось. Щелкнул переключатель. Если до этого точка в мозгу была еще теплой, то в тот момент она превратилась в лед. Логический ход мыслей стал невозможен, вопросы, которые никогда не думал задавать, вдруг изнасиловали мой безмятежный разум. Заслонки внутри меня вмиг опустились, закрывая окна моей души и изменяя меня навсегда.

Приглушенный крик брата – приглушенный потому, что его голову вжимали в подушку, пока его родные кровь и плоть, породивший его мужчина, тот, кто должен был его защищать, любить и лелеять, нависал над ним голышом – изменил ход моей жизни. На самом деле, мою и Райана, в результате сотворив судьбу моего отчима.