Элитные группы в «массовом обществе»

Университет Дмитрия Пожарского

Печатается по решению

Ученого совета Университета Дмитрия Пожарского

Элитные группы в «массовом обществе». / Волков, С. В. – М.: Русский фонд содействия образованию и науке, 2021

© С. В. Волков, текст, 2021

© А. А. Васильева, переплет, 2021

© Оформление, Русский фонд содействия образованию и науке, 2021

* В скобках указаны страницы, на которых приведены примечания к соответствующим разделам.

Общества XX в., резко отличающиеся практически по всем параметрам от господствовавших в течение тысячелетий традиционных обществ, могут быть охарактеризованы как «массовые». Быстрый технологический прогресс и взрывной рост населения в Европе XIX в. имели следствием политические и социальные процессы, которые один из известных философов-современников назвал «восстанием масс». Феномен «массового общества», некоторые черты которого проявлись уже в самом конце XIX – начале XX в., после Первой мировой войны стал господствующим в большинстве развитых стран и, несмотря на сохранявшиеся в ряде государств элементы традиционного общества, приобрел всемирно-исторический характер.

Это повлекло за собой и существенные изменения в социальной структуре общества, сказавшись на номенклатуре социальных групп, которые в традиционном обществе принадлежали к числу элитных и составляли обычно не более 10 % всего населения. Высота статуса и степень материального благосостояния всякого элитного слоя обратно пропорциональны численности этого слоя и его доле в обществе. Чрезмерный рост численности социальных групп, входящих традиционно в состав элитного слоя, всегда приводит к падению престижа этих групп, и средний уровень материальной обеспеченности большинства их членов также обычно понижается, подобно тому как обесценивается значение, например, званий, наград и т. п. по мере увеличения числа их обладателей.

В силу названных обстоятельств набор социальных групп, входящих в состав элитного слоя, со временем может меняться. Определяющим является не абсолютный уровень информированности или материальной обеспеченности данной группы, а положение ее по этим показателям относительно других социальных групп, относительно среднего уровня данного общества, степень отличия от уровня основной массы населения. Поэтому, кстати, и сама по себе численность и доля в населении той или иной социальной группы, претендующей на вхождение в элитный слой, косвенно может свидетельствовать о своей к нему принадлежности (или непринадлежности).

После Первой мировой войны на протяжении XX в., особенно во второй его половине, происходил постоянный рост численности социальных групп, члены которых в силу функциональной предназначенности получали какое-либо образование, и те группы, для которых уровень необходимой информированности был наименьшим, постепенно выпадали из элитного слоя и сливались с основной массой населения. Так, если в XVIII–XIX вв. мелкие канцелярские служащие, лица, получившие полное среднее или специальное образование, и другие лица нефизического труда, чьи занятия были привилегированны и чья численность ничтожна относительно всего населения, входили в этот слой, то в ситуации, когда все лица умственного труда (так называемые белые воротнички) стали составлять до четверти или трети населения, лишь высшие их группы могут быть к нему отнесены.

В этой книге, служащей продолжением предыдущей, посвященной положению элитных социальных групп в традиционных обществах¹, сделана попытка рассмотреть тенденции в сфере социальной стратификации, численности и положения в обществе ряда социальных групп, которые отличают «массовые» общества от обществ традиционных. Хронологические рамки книги охватывают период от начала XX в. до 80-х гг. Это связано не только с тем, что в конце 80-х гг. перестал существовать «второй мир», именовавший себя «мировой социалистической системой», но и с тем, что в странах «первого мира» наметилась тенденция к углублению социальной дифференциации, некоторой «элитизации», которая вступила в определенное противоречие с базовыми основами «массового общества». Хотя, несмотря на участившиеся высказывания о переходе к какой-то совершенно новой формации, эпоха «массового общества» еще далека от завершения, но отмеченные обстоятельства следует признать достаточно существенными, тем более, что они оказали влияние на резкое снижение числа публикуемых социологических исследований, содержащих конкретные количественные данные.