Эльф

Дворец эльфийского правителя, государство Лариния.

Этот день был самым счастливым в жизни правящей семьи Ларинии. Наконец-то родился долгожданный ребенок, наследник, которого ждали уже более 10 лет. Конечно это не срок для эльфийской семьи, были случаи ожидания данного знаменательного события 100 и более лет, в отличие от "презренных" людишек, которые плодятся практически каждый год. Наверно Создатель таким образом решил сравнять баланс популяции людей и эльфов. В противном случае эльфы с их практически бессмертием могли бы попросту заселить весь мир Энар.

Даже Великий лес был каким-то другим в этот день. Многие особо чувствительные эльфы заметили новые, более яркие чем в обыденный день, оттенки песни Великого леса.

Элларинэль, мать новорожденного, счастливая сидела у люльки малыша, с нежностью глядя на сына. Новорожденный внешне ничем не отличался от своих собратьев, но Элларинэль, как наверно и любая любящая мать, видела в своем сыне некоторые особенности, это прежде всего тихое поведение, очень осмысленный изучающий взгляд и в первую очередь неординарная магическая составляющая, которая присутствовала в зарождающейся ауре малыша. Это было поистине удивительно, так как подобное должно было происходить в лучшем случае только к 5 годам, и уж конечно не во второй день жизни ребенка.

Отца новорожденного, Лариона, верховного правителя Ларинии, благая весть застала далеко от Анатера, столицы эльфийского государства. Принесенное магическим вестником известие было поистине радостным, но проблемы, решаемые на границе эльфийских лесов и человеческих земель омрачили торжественность этого дня. Судьбе угодно было соединить два события практически в один день — рождение наследника и смерть лучшего друга правителя — Таренаэлла.

С детства Ларион, Таренаэл и Элларинель были лучшими друзьями. Несмотря на то, что Элларинель сразу выбрала Лариона, Таринаэл никогда не ревновал друга. Они всегда были вместе, начиная с игр в детском возрасте, обучения воинскому и магическому искусству в юношестве и наконец заканчивая правлением эльфийским государством. Помощь и советы друга были поистине неоценимы. Взойдя на трон после ухода на покой матери, Ларион сразу первым указом назначил Таренаэлла главнокомандующим эльфийских войск. Прежний главнокомандующий, а по совместительству наставник Лариона и Таренаэлла по воинскому искусству, Нариэл, будучи в преклонном возрасте, тоже изъявил желание уйти на покой. Наконец-то у матери Лариона и наставника появилась возможность не скрывать своих чувств, зародившихся более 30 лет назад после смерти отца.

Смерть друга была необычной. Прежде всего Таренаэлл и его отряд не должны были находиться в этой части эльфийской границы. За неделю до этого, главнокомандующий отправился проверить продвижение постройки портового города на берегу реки Ола, находящегося в двух днях пути верхомот столицы, и намного севернее. Город строился для налаживания торговых отношений с другими расами этого мира. В отличии от прежних правителей, Ларион считал необходимостью поддерживать мирные отношения с людьми и гномами, а торговля как ничто другое способствовала этому. Главнокомандующий полностью поддерживал правителя.

Второе, что сразу бросалось в глаза, неестественность прошедшего боя, а точнее бойни. Внешне все выглядело так, как будто на лагерь напали ночью и перерезали всех как котят. В это просто никто не мог поверить. Главнокомандующий был одним из лучших воинов и магов своего народа. И 10 воинов, сопровождавших его, были из элитного отряда. Следы какого либо магического воздействия отсутствовали.

Погребальное сожжение было назначено на третий день после смерти отряда. Погибшие были перевезены в столицу и помещены в дом "скорби", небольшом здании, находящемся почти в центре столицы.

Как бы не хотел правитель первым делом по приезде в столицу бросится в свои покои и обнять жену и первенца, но долг перед погибшими и родственниками был прежде всего. Ларион объехал всех близких родственников погибших, выразив свои соболезнования.

Только к вечеру правитель наконец-то добрался до своего дворца. Войдя в покои о обнял свою жену, бросившуюся ему на встречу. Элларинель разрыдалась на груди у мужа. Она любила погибшего друга мужа как брата. Подойдя к люльке, Ларион наклонился и поцеловал спящего младенца в лобик.

— Милый, посмотри на сына магическим зрением — неожиданно произнесла жена.

Правитель не замедлил последовать совету супруги и был крайне удивлен увиденным. Такого еще не было в истории эльфийского народа. По крайней мере Ларион не слышал о подобном. Магическая сущность ауры у младенца соответствовала уровню 5–6 летнего ребенка.

— Кто еще из обладающих магией видел ребенка? — спросил правитель.

— Пока только твой магический наставник Саринэл, принявший роды. Но тогда еще этого не было.