Ей нужен Франсуа

Domino: Marcel Achard (1932)

Перевод с французского Тамары Слободской и Александра Рейжевского

Действующие лица:

Лоретт — молодая красивая дама. За словом в карман не полезет. Замужем всего полтора года. Поэтому все впереди…

Жак — ее муж. Несмотря на то, что ему приходится руководить своими фабриками, время чтобы всласть поревновать, он находит всегда.

Франсуа — его компаньон. Определить чего в нем больше — тупости, глупости или фанфаронства — невозможно.

Кристин — лучшая подруга Лоретт, но в этой пьесе они не успевают поссориться.

Доминье (Домино) — в обществе не занимает никакого положения, хотя выход найдет из любого, красив, элегантен, остроумен и обаятелен.

Мирандоль — ищет работу. Однако вряд ли кому может понадобиться такой наивный и неудачливый. Вкуса у него нет ни на грош. Денег, естественно, тоже.

Фернанда — горничная, послушна, исполнительна. Отлично знает как с кем себя вести.

Франсуаза — консьержка. От прежней жизни остался один лорнет. Носит парик и очень гордится тем, что ни разу свою долгую жизнь не выходила замуж.

Кристин. Перестань нервничать. Успокойся.

Лоретт. Я в ужасе. По-моему мы затеяли идиотскую авантюру.

Кристин. Если б я так думала, то не стала бы принимать в ней участие.

Лоретт. Твое участие только в том, что ты все знаешь, я ведь останусь с ними одна…

Кристин. А Фернанда? Кроме своей квартиры я оставляю тебе свою горничную… Кстати, ее пора позвать.

Звонит колокольчиком.

Мой муж вернется к семи и я бы не хотела, чтоб он застал здесь эту ярмарку.

Лоретт. Я тем более. Но назад дороги нет!

Фернанда(входит). Слушаю, мадам.

Кристин. Я ухожу, а вас оставляю в распоряжении мадам Эллер.

Фернанда. Поняла.

Кристин. И еще. Все что будет здесь происходить, должно остаться между нами.

Фернанда. Мадам Эллер меня уже предупредила.

Лоретт. Первых проводите сюда. Я буду в желтой комнате.

Кристин. А если их сразу придет десять?

Лоретт. Надеюсь, ты разрешишь воспользоваться большой гостиной.

Кристин. Конечно. Только, Фернанда, уберите оттуда все ценные безделушки.

Фернанда. Слушаюсь, мадам. Может быть, мне оставаться с ними? Все ведь не уберешь.

Лоретт. Если будет один — тогда оставайтесь… если больше — они сами друг за другом присмотрят.

Кристин. Да, действительно. Воровать при свидетелях как-то не принято. Но тебе, Лоретт, не имеет смысла отсюда куда-нибудь уходить. Садишься в кресло. Как хозяйка. И принимаешь одного за другим. Если они не пойдут косяком — что ж? — подождешь.

Лоретт. Хоть я и тороплюсь, но ждать меня должны они. Когда человек ждет приема — он нервничает, волнуется. Такого легче раскрыть. Он как на ладони, — весь виден. А я не имею права на ошибку.

Кристин. Делай как знаешь. Но я не могу понять, как ты…

Увидев Фернанду.

У вас достаточно работы в гостиной. Заприте все дверцы.

Фернанда. И книжные шкафы?

Кристин. Нет. Только с хрусталем и фарфором. Книги теперь никого не интересуют.

Фернанда. Слушаю, мадам.

Уходит.

Кристин. Совсем забыла, что она здесь, я хотела тебя спросить, как ты решилась на это?

Лоретт. Если б ты видела, как он плакал! «Все потеряно! я пропал!» По-моему, он был готов повеситься…

Кристин. Так пусть бы он сам их принимал. Свалить на тебя такую работу!

Лоретт. Тебе хорошо говорить. Он же шагу сделать не может. За ним следят с утра до вечера. Каждый жест, каждый взгляд анализируется. Я не знаю, что было бы, если б ты не разрешила проделать это в твоем доме!

Кристин. Пустяки! Не могу же я оставить в беде любимую подругу. Его проблемы меня мало интересуют. На твоем месте…