Джейтест. Роман

- Поберегись! - задорно выкрикнула Марика и стала отводить рукоятку управления старенькой лебедки.

Кайл поберегся и не пожалел об этом: уже вышедшая из своего гнезда, которое она занимала века и века, древняя каменная плита перекособочилась в крестовине захвативших ее тросов и с дьявольским треском и грохотом обрушилась в образовавшийся провал.

Тьму пещеры-кельи, обнажившейся в нем, прорезали лучи света с полуденного неба - радостные и беспощадные, почти вертикальными колоннами вошедшие в открывшийся провал. Серыми струйками заклубилась в них каменная пыль, золотистыми - труха, в которую превратилась древняя древесина.

- Варвары мы, - с ленивой печалью констатировал Кайл. - Вандалы. За такую археологию в три шеи с раскопок гнать надо.

- Пусть тогда присылают наконец настоящих гробокопателей, - обиженно отозвалась Марика. - А то, пока господа из академий раскачаются, здесь все самое интересное пойдет под бульдозер. Так что пусть будут благодарны любителям вроде нас.

С этими словами она спрыгнула в подвал и восхищенно чихнула.

- Давай сюда! - крикнула она Кайлу. - Поторопись, пока не выветрился аромат веков.

- Как бы нам боком не вышел аромат этот, - скептически крякнул тот, с грацией медведя повторяя прыжок своей добровольной помощницы, которой этот номер удался значительно лучше. - Вот наглотаемся вирусов древних и, как говорится, почим в бозе. Тут ведь война шла, - добавил он, поднимаясь на ноги. - По всей системе. И даже на Старой Сковородке нашли такие вот соо…

Тут он замолчал и через плечо Марики посмотрел, на что с удивлением уставилась его подруга. Он взглянул в короткий туннельчик - тускло освещенное ответвление кельи. Там в кружок сидели пятеро.

Трудно сказать, какими были они при жизни. Не людьми - точно. Вернее, совсем не теми людьми, которых Кайл привык видеть в учебниках анатомии, на улицах и в зеркале. Вряд ли с ними что-то случилось с той поры, когда смерть настигла их. Только вот время обратило в ничто выражение их лиц и, может, что-то еще, что некогда делало мертвецов более похожими на людей.

Будь они людьми, наверное, можно было бы сказать, что смерть они приняли достойно. А может, они просто не заметили смерти. Слишком были погружены в какое-то свое занятие.

Кайл, словно завороженный, вошел в круг, составленный пятью иссохшими мумиями.

- Господи! Настоящие Воины Зу! - выдохнул он, словно боясь громким вскриком превратить в прах пять полускрытых пыльной тенью фигур.

Опустившись на колени, от лихорадочно стал расстегивать футляр видеокамеры. Кивнул, указывая подбородком Марике:

- Смотри - у них на груди Белый Знак.

Его подруга была не столь оптимистична и вдобавок не хуже Кайла эрудирована в этом вопросе. Она осторожно вошла в жутковатый круг и, склонив голову, присела рядом с одной из пыльных фигур:

- Но у Воинов Зу знак был не такой. На металле. А это - вроде глина. Или дерево.

Марика потянулась к табличке-медальону с еле различимыми символами, висевшей на тускло поблескивающей цепочке, накинутой на плечи мумии.

И тут же получила по рукам.

- И не думай прикасаться! - зашипел на нее Кайл. - Это, девочка, наш пропуск в бессмертие!

Он вздохнул, набирая воздух. Впервые Марика слышала, чтобы вечно ерничающий насмешник Кайл Васецки говорил такое вслух.

- Отныне и навеки, - продолжил он громким шепотом, - мы с тобой не просто гробокопатели, а ТЕ, КТО… ТЕ, КТО НАШЕЛ! Те, кто обнаружил третье захоронение Воинов Зу на Джее. - Шепот его был преисполнен пафоса. Подумав, Кайл добавил более привычным тоном: - А то, что амулеты… медальоны у них керамические, говорит, скорее всего, о том, что это - не посвященные еще воины. Ученики, скорее всего. Оруженосцы.

Марика уважительно щелкнула языком, отступила на шаг назад и чуть не лишилась жизни, споткнувшись об угловатый предмет, покоившийся на каменной плите, вокруг которой и сидела молчаливая пятерка. Кайл, запоздало попытавшийся воспрепятствовать тому, чтобы его школьная подруга свернула свою изящную загорелую шейку, упав с этого постамента, зацепился носком правой ноги за ту же непонятную штуковину и ласточкой канул в пыльную мглу. Из мглы раздались страшный треск, дребезг и проклятия.

Балансировавшая до того мгновения на грани падения Марика с размаху села не столько на пол, сколько на крестец копошившегося на полу археолога-любителя и разом свела на нет его попытку подняться на ноги.