Джек Ричер, или Никогда не возвращайся

…В итоге Джека Ричера посадили в машину и довезли до мотеля, где ему выдали ключ от номера, ровно такого, как он и ожидал, поскольку тысячу раз ночевал в подобных местах: внутристенная громыхающая батарея, спать рядом с которой совершенно невозможно (зато у хозяина получается хорошая экономия на электричестве), повсюду тусклые лампочки, на полу тонкий ковер, высыхающий через несколько часов после чистки, чтобы сдать номер в тот же день. Впрочем, чистили ковер – темный, с рисунком, отлично скрывающим пятна, – не слишком часто. Как и покрывало на кровати. Ричер не сомневался, что струя в душе будет слабой, полотенца – тонкими, мыло – крошечным, а шампунь – самым дешевым. Дополняли картину деревянная мебель, темная и немало повидавшая на своем веку, маленький старый телевизор и серые от грязи шторы.

В общем, никаких неожиданностей, ничего такого, чего Джек не видел уже тысячу раз. Но от этого происходящее не становилось менее отвратительным.

Поэтому, прежде чем положить ключ в карман, он снова вышел на парковку. На улице было холодно и сыро – середина вечера в середине зимы в северо-восточной Виргинии. Неподалеку лениво несла свои воды река Потомак, а за нею, на востоке, находился округ Колумбия, столица страны, где происходили самые разные вещи и огни города подсвечивали темные облака на небе.

Машина, которая привезла его сюда, умчалась в ночь. Ричер проследил взглядом, как исчезают в тумане ее задние огни, а через пару мгновений в мире воцарились тишина и покой. Впрочем, ненадолго. Почти сразу на дороге появился темный, ничем не примечательный седан, явно государственный, ехавший быстро и уверенно. Не вызывало сомнений, что водитель знал, куда ему нужно, потому что машина свернула на парковку перед мотелем и сразу направилась к офису. Однако когда фары высветили неподвижную фигуру Ричера, водитель передумал и покатил прямо к нему.

Гости. Цель неизвестна, значит, может быть все, что угодно, – как плохое, так и хорошее.

Машина остановилась параллельно зданию, и Джек оказался ровно посередине, между седаном и своим номером, на пространстве не больше боксерского ринга. Дверцы открылись, и наружу выбрались двое мужчин, которые, несмотря на холодную погоду, были в белых обтягивающих футболках и спортивных штанах, какие спринтеры обычно снимают за несколько секунд до забега. Оба были примерно шести футов роста и около двухсот фунтов весом. Меньше Ричера, но ненамного. Он сразу понял, что это военные: их выдали прически. Ни один гражданский парикмахер не станет делать такую прагматичную и уродливую стрижку – рынок не позволит.

Парень, вышедший со стороны пассажирского сиденья, обошел капот и встал рядом с водителем. Оба были в теннисных тапках, больших, белых и бесформенных. Джек не сомневался, что они не были на Ближнем Востоке в последнее время – ни загара, ни морщин от солнца, ни напряжения в глазах. Оба молодые, меньше тридцати, фактически Ричер им в отцы годился. Глядя на их тупые, ничего не выражающие лица, он решил, что на сержантов они не тянут – для этого им явно не хватало ума. Значит, скорее всего, младшие специалисты.

Парень с пассажирского сиденья повернулся к замершему перед ними мужчине:

– Вы Джек Ричер?

– А кто спрашивает? – поинтересовался тот.

– Мы.

– И кто вы такие?

– Юрисконсульты.

Ричер совершенно точно знал, что они врут. Армейские юристы никогда не разъезжают парами и не дышат через рот. Значит, гости являлись плохой новостью, а не хорошей, и правильнее всего будет предпринять немедленные действия. Джек знал, что ему не составит труда сделать вид, будто он им поверил, пойти навстречу, подняв руку в приветствии, и, не останавливаясь, нанести сокрушительный удар локтем в лицо парня, стоящего слева, направленный вниз и сильный, затем топнуть правой ногой, словно его главная задача состояла в том, чтобы прикончить воображаемого таракана, а на самом деле тем же локтем в обратном движении врезать правому типу в горло. Раз, два, три, хлоп, шлеп, хлоп – игра окончена!