Двойная игра

Она должна была сказать ему это сегодня.

Эшлин Монро стояла за одним из дубов, росших в ряд на берегу реки Сенека Крик. Темная ночь и толстый ствол дерева скрывали ее от взглядов постоянных посетителей бара «Прибрежный». Хотя было воскресенье, в этом печально известном заведении Уэйзборо дел хватало всем. Там всегда всем всего хватало. Бар «Прибрежный» работал круглый год, каждую ночь, включая и рождественскую. И каждый вечер верная клиентура прибывала сюда выпить, подраться и слегка нарушить закон.

Стоя за деревом, Эшлин слышала музыку, гремевшую из музыкальных автоматов. Она знала, что доносившиеся приглушенные крики, гиканье и вопли за стенами, внутри бара, создавали оглушительный шум. Эшлин не верилось, что она действительно находится возле бара: она настолько же усердно избегала появляться в этом месте, насколько завсегдатаи бара стремилась сюда.

Но она была тут и не могла уйти. Во всяком случае до тех пор, пока не скажет Корду Уэю то, о чем он имеет полное право знать. Даже если знать и не хочет.

Драка выплеснулась из бара на автомобильную стоянку. Эшлин увидела группу мужчин, катавшихся по земле и колотивших друг друга кулаками и ногами. Ей пришла в голову жестокая мысль: если бы они скатились с берега прямо в быстрые воды реки, то такая неожиданная холодная ванна несомненно привела бы их в чувство, по крайней мере на время. Но эти глупцы настолько пьяны, что могут утонуть, и тогда ей придется выступать в качестве свидетеля происшествия.

Эшлин прогнала эту мысль. Когда дело доходило до пьяных драк в таких местах, как бар «Прибрежный», разумнее было оставаться неузнанной. Это, несомненно, самая мудрая позиция, которой должна придерживаться Монро в этом городе.

Наконец драка завершилась, и Эшлин больше не слышала криков и ударов. Не завыли сирены «скорой помощи» и полицейской машины, которые могли бы прибыть на это место, и она решила, что произошла всего лишь небольшая потасовка. А между тем, стрелки на часах показывали только десять.

Где же Корд? Она нервничала, с трудом преодолевая желание пройтись вдоль берега реки. Но не осмеливалась. Ее не должны заметить те, кто сшивается в «Прибрежном». Они предположат, что она одна из тех женщин, которые регулярно появляются на набережной, которые не возражают против того, чтобы их лапали и щупали напившиеся, скандальные самцы. Если в ней признают Монро, то решат, что ей это понравится.

Эшлин вздрогнула и замерла за стволом дерева. Корд должен прийти, должен! Он регулярно приходил сюда, хотя она не понимала почему. Она считала это просто его причудой — посещать дешевые кабаки. Испорченный богатый парень, водивший компанию с бедняками, от которых ему же и доставалось. Это выглядело оскорбительно, но она не могла придумать другого разумного объяснения. Причуда.

К несчастью, только так Эшлин могла объяснить и его тайные отношения с ее сестрой.

Желчь подкатила к ее горлу. Любовные связи офицеров с местными женщинами могут быть оправданы. Что же касается связей Уэев с Монро, то на них в Уэйзборо распространялось строжайшее табу. Человек с фамилией Уэй не мог даже иметь представление о существовании Монро, если не считать…

Шуршание гравия и визг тормозов привлекли внимание Эшлин к ярко-красному «феррари», который остановился на автомобильной стоянке. Сердце Эшлин глухо застучало. Он приехал.

Ее колени внезапно задрожали, она не была уверена, что сможет пройти короткое расстояние от своего укрытия до «феррари» Корда Уэя. Она почувствовала головокружение и несколько раз глубоко вздохнула перед тем, как осмелилась покинуть безопасное место за деревом.

Корд вышел из машины и задержался, закуривая сигарету. Эшлин незаметно приблизилась, не отрывая от него глаз.

Он был поразительно хорош собой, и каждый раз при встрече Эшлин не могла не отметить этого. В нем была чисто мужская привлекательность.

Его глубокие темные глаза светились умом. У него был прямой нос и сильная челюсть, рот правильной формы с откровенно чувственными губами. Густые, прямые, как палки, волосы были вызывающе длинными для Уэйзборо, где консервативная стрижка была стилем, которого придерживались мужчины в течение многих лет. Даже мужчины из рода Монро предпочитали короткие стрижки, правда, утрировали их, брея голову или выбривая свои инициалы и разные надписи среди ежика волос.

Но волосы Корда были достаточно длинны, чтобы стянуть их сзади в «конский хвостик», что он и сделал сегодня вечером. Он был шатен, совсем темные волосы казались почти черными. Такого же цвета были глаза Корда. Совпадение цвета волос и глаз — необычный, интригующий подарок природы. Эшлин не удивляло, что Корд Уэй обладал им: природа наделила его многими прекрасными особенностями. Подтянутый, красивый, богатый, третий сын в могучей аристократической семье Уэев — Эшлин даже не могла придумать, чем же не был одарен Корд Уэй.