Двери, звери и люди

«Осторожно, двери закрываются! Следующая станция «Сокольники». Уважаемые пассажиры, при выходе из поезда не забывайте свои вещи»…

Маринка рванула со своего места как сумасшедшая, но не успела. Ну надо же, опять все на свете проспала! А ведь на работе уже предупреждали: еще раз, и больше ни разу. Вот уже неделя как она перевела будильник на час вперед, чтобы кое-как с утра взять себя в руки и выйти из дома ну хоть на 15 минут раньше. Тогда все хорошо, тогда она спокойно, даже не толкаясь ни с кем в дверях, войдет в метро, доедет до своих «Красных ворот», даже кофе успеет взять. И вот надо же, опять уснула в вагоне. Хорошо хоть опомнилась быстро, бывало, и подальше уезжала.

Когда устраивалась, думала так: удачно выходит, сяду на своей «Юго-Западной», да и все, по прямой спокойно поеду. И прыгать нигде не надо. Это на прежнюю работу с тремя пересадками тащилась, все проклинала, пока добиралась. А тут тепло, сухо, даже место частенько бывало свободное. Садись да поезжай себе.

Действительно, поначалу так и было. Маринка же не соня. Наоборот, с детства привыкла к ранним подъемам. Все, как положено, душ контрастный, воды пол-литра. Улыбнулась себе в зеркало да побежала мир покорять. Всегда гордилась своей пунктуальностью.

А потом завела кота…

Нет, она нисколько не собиралась. Даже когда смогла накопить на маленькую квартирку. «Первым в дом входит кот!», – хором твердили друзья, у которых уже давно шерсть была частью интерьера и воспринималась как должное. А таких в ее окружении было много. Кое-кто предлагал даже дать своего напрокат. Маринка уже потом поняла, что это была тактическая военная хитрость. Эти прекрасные люди вовсе не для того, чтобы животное ей в новый дом счастье принесло, такое предлагали. О, нет! Они просто хотели выспаться.

Но так уж вышло, что в один промозглый сентябрьский вечер Маринку задержал начальник. Долго-долго что-то навязчиво бухтел, причем даже не по работе, потом смилостивился и отпустил. Сел в свою удобную теплую машину и поехал сквозь ветер и дождь есть свой горячий ужин к своей любимой жене. А она побрела к метро. В тонком пальто, даже без шарфа. Хорошо хоть берет с утра захватила. Ох уж эти прогнозы погоды… Шла. Мерзла, злилась. Вот чего ради стояла и кивала? Могла бы так сразу ему и объяснить: Пал Иваныч, мол, это вас дома ждут с распростёртыми объятиями. А меня вот нет. Меня даже кактус на подоконнике, и тот давно уже не ждет. И уж точно ужин мне не греет. И машина новенькая теплая под окном конторы двигателем не бурчит. Нет уж, дудки. Мне, знаете ли, вот в это все гадкое своими ногами выходить. И потом по лужам до метро. А пальто тонкое. И насморк вот только прошел. Но нет ведь. Слушала. Говорила же мама, наглость, которая в меру, это и не наглость вовсе, а уважение к себе. Надо было ей поверить…