Две части одной силы. Я и Он

* * *

Вот уже час я не могла выдавить из себя ни слова. И я  была уверена, что это издержки стабильной и счастливой семейной жизни. Хотя похвастаться отсутствием внутреннего кризиса я все же не могла. Я поняла, что размеренность и предсказуемость совместного сосуществования мужа и жены рано или поздно переходит в  нехватку эмоций.  И теперь за острыми ощущениями я могла отправиться разве что только  в супермаркет в поисках акционных товаров.

Наше мещанское существование с мужем обострял и тот факт, что я  была писателем, который не пишет, а он менеджером по продажам, который не продаёт. Все, что происходило сейчас в жизни,  было крайне непривычно: раньше в моем списке амбициозных целей значилась презентация  книги,  раздача автографов, посещение премьеры фильма, снятого по мотивам моего романа. Сейчас же мои хотелки ограничивались желанием урвать на сезонной распродаже ботинки на следующую осень или купить горящую путевку куда-нибудь в Геленджик. Как я могла до такого скатиться?.. Стоит признаться, но примерно то же самое произошло и с моими сексуальными фантазиями.

Да и собственно  сейчас я писала   даже не книгу, а дневник. И единственными его читателями, возможно,  в далеком будущем стали бы мои  дети после знакомства их матери с Господином Альцгеймером. Пожалуй, я даже была бы не против забыть все к черту.

Единственное, что меня вдохновляло в сегодняшнем  дне – это предстоящая встреча  с подругами. Я надеялась, им будет что рассказать, потому что мне абсолютно нечем  было делиться. Все, что происходило в моей жизни последнее время, сводилось к тому, чтобы  подобрать  пару  каждому из   тридцати   пяти   черных мужских носков и найти один недостающий.  Конечно, я преувеличиваю, мои будни были не столь однообразны. Ежедневно я  жарила  по два десятка котлет и готовила  шесть литров  борща или  какой-нибудь  другой жижи, а еще выгребала кошачий лоток. И иногда мне казалось, что мы завели не кошек, а собак, причем породы алабай.

Но признаюсь, бывал в этой бытовухе и просвет. И время от времени случались поистине  яркие  и будоражащие события, например, когда я наступала  на  лего, который разбросали дети. Ну а по вечерам я впадала в экстаз, когда  муж приносил  чипсы с паприкой и лимонад  типа «Буратино» или «Крем-сода». А если в пакете были еще и  эклеры, тогда  я осознавала, что живу не зря. Однако я не понимала одного: почему я ела эклеры, а изо дня в  день становилась все больше похожа  на ромовую  бабу. Моих дедуктивных способностей не хватало, чтобы найти  прямую  связь, или я просто не хотела  смотреть правде  в глаза.

Подбирая на вечер наряд, я заметила, что  мои  пышные  формы было  уже не втиснуть в  старые платья. Зато  я обнаружила   еще одно любопытное  сходство.   У меня все так и норовило выпрыгнуть  из  сарафана примерно так же, как   вылезает верхушка у капкейка  из формочки  во время выпекания. Я успокоила себя тем, что я такая же  аппетитная, но все решила   прикрыться  бесформенным, как и я сама, свитером.

– Мы  дома! – послышалось из коридора.  А это значило, что пришло время снова жарить котлеты.

* * *

За ужином Егор почти  не разговаривал. А я, то и дело подтирая  сопли у детей и подбирая  еду с пола,  все время забывала спросить, что  произошло.  Лишь вечером, когда  оба сына  озадачились  новыми игрушками,  я снова  заметила, что  Егор  был поглощен своими мыслями. Он  безынтересно  перещелкивал  каналы  на  телевизоре и  даже не заметил, что остановил на Карусели, когда начал пялиться в телефон.

– Что  с настроением? – на самом  деле я очень не любила говорить о проблемах по вечерам,  субботам и воскресениям, но только в это время  мы и виделись с мужем, поэтому откладывать разговор  не было смысла.

– У нас  грядут сокращения  штата, –  ответил сухо Егор. Я выдохнула и, решив, что, скорее всего,  это напрасные беспокойства,  собиралась его приободрить, но не успела.

– На сайте увеличились  онлайн-продажи. Теперь  руководство делает  упор на продвижение интернет-коммерции, и нет нужды  в большом количестве офлайн-магазинов и менеджеров соответственно. Они будут сокращать сетку, а вместе  с ней и продажников, –   Егор вывалил на меня новость как есть.

Услышав это, я эгоистично подумала  о том, что лучше б у него болела почка или была любовница, настолько мне не понравилась эта новость.

– Но ты ведь давно работаешь?  – я была уверена, что никто не будет убирать  человека  с опытом.

– Да, но последние три месяца я не выполнял план продаж, – Егор вздохнул.

– Но ведь  это не твоя вина. Точка  не проходная. Тем  более, тебя переводили…

– Переводили,  – согласился Егор, –    чтобы поднимать  целину. А я не поднял.