Два рассказа

Гений

   (литературный вандализм)

Маленький Саша, уставший от дразнилок деревенских ребят и прозвищ, которые ему давала дворня, в очередной раз, прибежал к няне и весь в слезах засыпал её вопросами. Как объяснить маленькому господину, почему его волосы курчавятся, кожа смугловатая, прадед, хоть и при царе, и даже дворянин, но всё же арап, но мальчик совсем не арап – он – русский?

   И вот няня, подперев рукой щёку, и задумчиво глядя в, подёрнутое морозными узорами, окно, нараспев рассказывала о защитной реакции кожи на действие ультрафиолетового излучения, о взаимосвязанности процессов, происходящих в человеческом теле, и о том, что косвенным результатом этих процессов являются, в том числе, и кучерявые волосы. А наличие в родне арапа ни коим образом не мешает Сашеньке быть абсолютно русским, что ещё больше закрепляется наличием дворянского титула и её – няни, которая может быть только у русских дворян и никак у арапов и прочих нехристей.

   Очарованный неубедительным, но таким складным, объяснением Саша подпрыгнул, подбежал к няне, обнял её и воскликнул «Что за прелесть – эти сказки!»

   Няня, ошарашенная таким складным и абсолютно уместным высказыванием своего подопечного, порывисто обняла его, поцеловала и, слегка отодвинув, чтобы лучше полюбоваться, вынесла, как оказалось позже абсолютно верный, вердикт – «Гений! Солнце русской поэзии!». И, в порыве чувств, отставив Сашеньку, зачерпнула своей большой кружкой сладенькой бражки. Ещё раз взглянув на маленького смуглого, кучерявенького и кареглазого афророссиянина, она залпом осушила кружку.

   Слабая сопротивляемость стареющего организма алкоголю, избыток чувств, усталость в конце рабочего дня и объём кружки сообща сделали своё дело – голова няни склонилась набок, тело ослабло и, такой вот обессиленной, она рухнула со стула на пол, не причинив себе никакого, даже малозначительного ущерба, о чём свидетельствовал тут же раздавшийся храп.

   Маленький Саша, подбежав к лежащей на полу и храпящей не только на весь дом, но и на весь двор няне и, теребя её за плечо, вскричал: «Ты жива ещё моя старушка?». Но, видя, что сказок в этот вечер уже не дождаться, сел на нянин стул и, глядя в вечереющее зимнее окно, стал аккуратно выводить на, ещё чистом, листе бумаги «Буря мглою небо кроет…». Буря крыла, дымок струился, окошко светилось, няня храпела. Мальчик, тыкая гусиным пером, торопливо и размашисто писал, временами отвлекаясь на рисование иллюстраций к написанному – человечков, и прочей ерунды на полях. Почерк был настолько размашистый, а ерунда так плотно, подробно и тематично нарисована, что, возможно, он был не только гениальным поэтом, но и первым, кто воплотил идею комиксов. Мало не перегруженного интеллектом текста, сопровождаемого большим количеством, абсолютно понятных сопроводительных картинок.

   Детская привычка, рисовать на полях, так и осталась с поэтом и при жизни поэта была просто привычкой.

   Сама концепция комиксов, подсмотренная и похищенная империалистами, была развита, коммерциализованна и к истокам авторства и страны происхождения уже никто не возвращался. Хотя если к подобным рукописям прибавить жития святых, распространяемых на территории нашей державы, то сложится ясная, однозначная и неоспоримая версия места рождения комиксов и их эволюционного развития.

   Будучи великой державой, мы, абсолютно безвозмездно, являем и дарим миру гениев, идеи, и культурное наследие. Часто, для того чтобы они не пропали на нашей огромной территории, потому что рожать и являть мы можем, а хранить – ещё нет.

   А к няне Саша, будучи взрослым, заезжал ещё не раз. Точнее не к няне, а к её замечательной бражке и, к не менее замечательной, кружке.

   2009

Египет

   Он начался ещё на нашей, российской территории – в новом, отполированном и просторном зале Свердловского аэропорта. Мягкие сиденья (мы даже чуть-чуть на них покимарили), чистые стёкла, разноцветные строчки на табло. Может быть, это было просто начало отдыха, но он так плотно был связан с посещением Египта, что Египет чуть-чуть чувствовался даже на Урале. Не для всех, а только для тех, кто туда летел. Одна из разноцветных строчек донесла до нас весть о том, что Египет мы увидим на два часа позже запланированного, нет, даже на три, или два с половиной. Нет, точно – на два с половиной.

   Приученные к толерантности мы ждали. Отдых уже начался, начался ещё вчера – в вагоне поезда. А сегодня он продолжается. Мы ехали/летели в Египет втроём. Дочь отпустили с учёбы (с агрессивным недоумением), жена оформила отпуск за день до отъезда, я сбежал (не у кого было отпрашиваться).

   Между блестящими поверхностями бесшумно скользили прозрачные кабинки лифтов, часть помещений занимали «предприятия общественного питания». Мясное ассорти в желе очень понравилось. Несмотря на миниатюрность порции, цена была достаточно гармоничной (с учётом окружающей обстановки), а вот пиво… Пиво тоже было вкусным, холодным, в высоком, тяжёлом и очень чистом стакане, только вот цена – 100 рублей за пол литра (цена 2009 года), мне показалось немного дороговатой.