Друзья отца

Гараж – ареал обитания мужика.

Квартиры у нас в стране традиционно маленькие. Так повелось еще с Советских времен. Власть советская ставила моральный облик своего гражданина выше материальной суеты и, хотя, бесплатно жилплощадью обеспечивала, но о ее размерах не заморачивалась. Ныне, если карман позволяет, можешь себе приобрести хоромы любые, но, как правило, карман против. Да и коммунальные услуги, коих в Советское время и заметить-то было нельзя, в виду их микроскопичности, ноне кусаются. И, вот куда мужику податься с сорока-пятидесяти метров, где располагаются жена, дети и, дай Господь ей здоровья, до сих пор вечно живая теща? Куда сбежать, от скученности, гама, мытья окон и семейных конфликтов, предопределенными ограниченностью жизненного пространства? Да и куда деть, столь необходимые для жизни каждого мужика, инструменты, расходные материалы, винтики-болтики? Ценность их безмерна, а домашние оценить ее не могут, просто в силу малолетства или бабской ограниченности.

Наша гаражная улица среди членов гаражного кооператива называется «Пьяной». Изначально она была первой, но потом кооператив разросся и сейчас составляет около десяти тысяч гаражей. «Пьяная» улица, ныне, теряется за несколькими линиями после поворота направо. Посиделки мужиков на ней через день. Мне гараж остался от отца. Я поначалу машину на автостоянке ставил, а потом начал толи деньги считать, толи ленится перестал и начал пользоваться гаражом. Оставить машину на улице на ночь было нельзя, без вариантов: либо угонят, либо разберут. А если ты из окна и выпасешь надругательство над своим четырехколесным другом, то много раз подумай: бежать отбивать его от лап вандалов или нет. Потому, как и самого там же могут прирезать. Дворы до середины нулевых в нашем городе были свободны от автомобилей по ночам, не то что ныне. Хотя могут угнать и сейчас. У нас угон автомобиля и хищение – это разные вещи, и судья волен сам трактовать состав преступления и наказание, так что угонщик запросто может отделаться штрафом или домашним арестом. А в наших республиках бывшего СССР сейчас это очень серьезное преступление, за которое светят большие сроки. Вот там автомобили и не угоняют, все угонщики приехали к нам, чтобы россияне были в тонусе, не теряли нюх, и в голову, занятую сохранностью своего имущества, не лезли всякие политические мысли.

Сегодня подъезжая к своему гаражу, вижу – по другую сторону улицы стоит новый «китаец». Возле него хозяин – дед Леха. Справа от моих ворот, через гараж, толпой – человек восемь – собрались мужики. Выпивают. Прежде чем открыть двери своего гаража, подхожу сначала к Лехе, поздороваться и поздравить с покупкой.

– Леха, здорово! Машину новую купил? Молодец! Дизель?

– Иди на хер! – не принимает мои поздравления сосед.

– Да иди ты сам! – под дикий хохот выпивающих, возвращаю пожелание Лехе и иду к мужикам разведывать обстановку.

– Здорово, Андрюха! – встречают меня собравшиеся. – Рюмку будешь?

– Буду. Что это с ним? – соглашаюсь на рюмку и вопрошаю я.

– Да Леха китайца сегодня купил, пока с салона доехал до гаражей у него стекло выпало, и подушка двигателя оборвалась. Ну, а ты еще вдобавок его дизелем обозвал, – наперебой рассказывают мужики.

– Ну, я ж не знал… – выпиваю рюмку водки я.

Мужики – это друзья моего отца. Познакомился я с ними следующим образом…

Как-то, давненько уж, ставлю машину в гараж. А в соседнем собирается общество, выпивают мужики, все за шестьдесят лет, присматриваются ко мне. В этот раз подходят.

–Съезди за водкой, а? – обращается ко мне седой как лунь мужик.

–Да ну Вас на хер, мужики! Сейчас побежал… – отвечаю я.

–Постой, ты ведь Степаныча сын? Должон ехать! Степаныч – наш друг, он нам никогда бы не отказал!

Ну я и поехал, так меня и взяли в коллектив.

Собрание происходит в соседнем боксе, через гараж, его владелец – главный организатор встреч, Константинович. Ему под семьдесят, но он еще в силе, породист и все еще работает. Он владелец маленького автотранспортного предприятия из нескольких грузовых машин. В Советское время он тоже был не абы кто – Герой Социалистического труда. И получает солидную прибавку к пенсии. Остальные по сравнению с ним гораздо беднее, так что, как правило, банкует Константиныч.

В компании и председатель нашего гаражного кооператива Виктор. Мужик, тихим сапом, смог договориться с местными бандитами и теперь на территории кооператива не стало бандитского беспредела – братки уже не забивают здесь стрелки, не решают жить кому или умереть, а лишь держат несколько автомастерских. Взносы за гаражи платятся в правление, сторожа числятся официально и у них даже есть кнопка вызова вневедомственной охраны.

В компании есть Иваныч – профорг местного завода. Мужик не прост, ох как не прост. Понятно, что для московской заводской администрации профсоюз, в нынешнем виде вещь карманная, но Иваныч умудряется балансировать между капиталом и интересами рабочих.