Драмы

Издание подготовили

Н. И. БАЛАШОВ и Д. Г МАКОГОНЕНКО

Книга была завершена и отредактирована, когда мы узнали, что 28 октября 1986 г. скончался ответственный редактор книги и один из деятельнейших членов Редколлегии серии "Литературные памятники" академик Георгий Владимирович Степанов.

Академик Г. В. Степанов ушел от нас в полном расцвете творческих сил: ему было 67 лет (он родился 9 апреля 1919 г.). Широкий специалист в области общего языкознания, романских литератур и языков, Г. В. Степанов во второй половине XX в. безусловно был у нас в стране ведущим специалистом. Он скончался академиком АН СССР и иностранным членом Королевской Испанской академии, а начинал свою испанизическую деятельность на полях Народно-революционной войны в Испании 1936-1939 гг. Когда в последнее десятилетие он смог снова посещать пробуждающуюся Испанию, то в лекционных залах на тысячи дружеских взглядов он встречал и взгляды врагов. Они, рассказывал Георгий Владимирович, однажды для того что ли, чтобы показать свою осведомленность, повезли его по местам боев, в которых он участвовал когда-то...

Но весы советско-испанских культурных связей склонялись не в сторону тех, кто лелеял отчуждение, а в сторону, которую представлял Г. В. Степанов. Он сам сделал необыкновенно много для этого. Перевел и издал книги лучших испанских писателей XX в. — "Алую зарю" Пио Барохи, новеллы Унамуно, "Хутор" Бласко Ибаньеса, книги современного кубинца Онелио Хорхе Кардосо, боливийца Аугусто Сеспедеса, классиков XIX в.

Испанист Г. В. Степанов одним из первых оценил значение культуры латиноамериканского Нового Света. Из европейских языков испанский, после английского, наиболее распространен в современном мире. В Латинской Америке он имеет свою специфику и отличия в разных странах. Теоретические основы изучения испанского языка в странах Латинской Америки — важнейшая научная и практическая задача. Ей посвящена книга Г. В. Степанова "Испанский язык в странах Латинской Америки". Под редакцией Г. В. Степанова в 1985 г. вышел первый том пятитомной "Истории литератур Латинской Америки" и в 1988 г. выходит второй том.

В последние годы жизни Георгий Владимирович Степанов все большее внимание уделял великой испанской классике, осознавая, что Сервантес, как Шекспир, Гете, Толстой и все более входящие в мировой культурный оборот Низами, Руставели, Саади, Кабир, — являются знаменателями процесса взаимопонимания народов.

Под редакцией Г. В. Степанова в "Литературных памятниках" вышел Бальтасар Грасиан (1981); теперь выходит Кальдерон. По его замыслу будет осуществлено "большое издание" "Дон Кихота" с приложением обширного научного аппарата.

Начало настоящей книге положила проведенная в 1981 г. в Москве по случаю 300-летия с года смерти писателя конференция "Кальдерон и испанская культура XVII в.". Материалы конференции опубликованы небольшим тиражом в научном издании "Iberica (II). Кальдерон и мировая культура" (1986). Открывает издание "Слово о Кальдероне" Г. В. Степанова. Воспроизведением этой — может быть самой краткой в истории литературы содержательной статьи о великом драматурге — мы завершаем вступление к книге.

"Кальдерон — одна из центральных фигур в европейской художественной культуре XVII в. Он был выдающимся сыном великого столетия, за которым традиция, как это ни странно, не закрепила особого эпитета — наименования. Хронологически это столетие обрамляют век Возрождения и век Просвещения. XVII век — своенравный наследник эпохи Ренессанса. Своенравие его сказалось в капризно-причудливой избирательности по отношению к прежним ренессансно-демократическим идеалам и своеволие — в выдвижении принципиально новых идей о мироустройстве и об устройстве человеческой жизни, личной и общественной.

Творческое наследие Кальдерона постоянно пересматривалось и по-разному оценивалось не только современниками, но и от эпохи к эпохе, от страны к стране в зависимости от эстетических и этических норм и концепций, присущих нациям и народам в разные периоды их духовного развития.

О жизни и творчестве Кальдерона было создано немало легенд. Житейские легенды возникали от скудости биографических данных о великом драматурге, противоречивость, запальчивая пристрастность в оценках его творчества — от недостатка методологической строгости и исторической объективности в исследовательской практике.

Потребовалось немало времени, чтобы исследователи пришли к, казалось бы, простой идее рассматривать творчество Кальдерона в контексте знаменитого "века без названия", с одной стороны, и к серьезным попыткам объяснения непреходящей значимости кальдероновских творений для духовной жизни последующих поколений — с другой.