Драма по телефону

Знаменитый сыщик Ник Картер давно уже лег в постель и спал сном праведника, когда его разбудил резкий звонок телефона, стоявшего на ночном столике у самого изголовья. Быстро вскочив, Картер поднес слуховую трубку к уху...

– Алло! Кто говорит? – осведомился он.

– Если вы Ник Картер, – послышался слабый голос, – то вы поймете меня; если же нет, то заклинаю вас немедленно сообщить ему обо всем, что вы сейчас услышите! Повторите ему мои слова возможно точнее! Не перебивайте меня, так как я умираю! Бог знает, смогу ли я докончить то, что хочу... Совершено убийство, гнусное уб...

Голос внезапно замолк... Картер подождал несколько минут и снова крикнул обычное "Алло!", но результат был тот же – мертвое молчание. Вместо членораздельных звуков чуткое ухо сыщика уловило какое-то шипение, очень похожее на то, когда больной тщетно старается придать своему голосу полноту звука...

Только через четверть часа неизвестный заговорил снова...

– Я не мог справиться со своей слабостью, – послышалось из аппарата. – Теперь, когда я узнал ваш голос, я уверен, что говорю с Ником Картером и безумно рад этому! Пожалуйста, не перебивайте меня и не задавайте мне вопросов, если я приостановлюсь! Я лежу при смерти и боюсь, что не сумею докончить...

Картер напрасно старался угадать по звуку голоса, кто с ним говорит. Что это был человек знакомый – не подлежало сомнению, так как иначе вряд ли кто-нибудь решился будить сыщика среди глухой ночи... Но голоса узнать было невозможно: он то звучал хрипло, то ниспадал до шепота, то звенел как туго натянутая струна... Все это показывало, что говоривший с Ником был прав и, действительно, находился при смерти... Сыщику страшно хотелось предложить неизвестному несколько вопросов, но он боялся прервать этим нить его мыслей... Оставалось одно – слушать, не перебивая. Однако, узнать имя неизвестного собеседника было все-таки необходимо...

– Кто вы такой? – закричал Ник в телефон. – Кто напал на вас? Кто вы?

В аппарате раздались какие-то глухие звуки, систематизировать которые не мог даже обостренный слух Картера... Очевидно было одно: неизвестный назвал себя, но так невнятно, что мембрана телефона не воспроизвела звуков...

После этого снова наступило тягостное молчание... По всей вероятности, разговаривавший с Ником неизвестный снова впал в обморочное состояние. Наконец, телефон "заговорил"...

– Я помню, – слушал Картер, – как я сел в мой экипаж. Затем я потерял сознание и пришел в себя лишь здесь, в этой комнате... Не знаю, кто именно эти негодяи, так как они были в масках... Я не мог никого узнать... Их было трое... Не знаю, где я нахожусь теперь... Я дополз по полу до телефона... Мне казалось, что я никогда не доберусь до него... Может быть, инспектор полиции, Мак-Глусски поможет вам найти тот дом, где я теперь... Я думаю, что я лежу в доме...

Раздалось снова невнятное шипение, а прерывать вопросами неизвестного Ник уже не решался... И имя, от знания которого, может быть, зависело очень многое, осталось загадкой...

– ... Но ведь он мертв, – передавала мембрана. – Возможно, что он решил погубить меня еще при жизни и теперь его месть завершили его помощники... Как вы думаете – возможная это вещь?

И опять перерыв. Говоривший, вероятно, был слишком слаб для того, чтобы вести свою речь без пауз.

– Не имеет, конечно, смысла, – снова захрипел неизвестный, – помышлять о мести, когда мне осталось жить всего несколько минут! И все-таки я расскажу вам все, все! Я буду говорить, пока это для меня, вообще, возможно! Ах, Картер! Тяжело умирать, когда сделано еще так мало! Это произошло вчера, в 7 часов вечера. Я заработался в своей конторе и только в это время вышел из нее... Я сел в экипаж, в свой экипаж, Картер! По крайней мере, я считал его за свой! В нем, вероятно, уже сидел кто-нибудь... Впрочем, я не знаю даже, сел ли я в экипаж. Помню только, что я сказал несколько слов кучеру. Когда я снова открыл глаза, я находился уже в этой комнате... Я был не один – в комнате было еще трое мужчин... Они сидели вокруг стола, стоявшего посреди комнаты, а я лежал в углу на кровати... Мужчины о чем-то шушукались между собой, но о чем – этого я разобрать не мог, как ни напрягал слух... Я попробовал, было, приподняться, но это оказалось невозможным... И вот, несмотря на то, что я не был связан, я не мог двинуть ни одним членом... Во всем теле чувствовалась какая-то странная слабость... К ужасу, своему я скоро открыл причину этой слабости: я, капля по капле, исходил кровью! С неимоверным напряжением силы воли, я добился того, что заткнул рану большим пальцем левой руки и таким образом несколько остановил кровотечение... Внезапно трое замаскированных встали со своих мест и подошли ко мне... Они не трогали меня совершенно, а только горящими злобой глазами, блестевшими в прорезях масок, смотрели на меня... Я благодарю небо за то, что они не открыли того, что я еще жив... Стоя у постели, никто из них не произнес ни одного слова...