Драконам слова не давали!

Ника

Креативное агентство «Розовый слон» лихорадило.

Нет, не так. Колбасило и шпрото-паштетило. Кочевряжило и выворачивало наизнанку: Кристина Генриховна Овербек, наш директор и по совместительству владелец «Слона», выходила замуж.

За созвучие с именем, цепкий характер, длинный нос и глубоко посаженные глазки мы между собой ласково звали её Крыска. Ей слегка за сорок, и местные сплетники утверждали, что её любовники – это работа, скучные бумаги и новые проекты.

И вдруг – как гром среди ясного неба.

– Дорогие мои! Я безмерно счастлива сообщить… – и дальше по тексту.

Вот это да-а-а. Ни личной жизни, ни мужиков – и на тебе.

– А как же мы? – трагично восклицает Илона – наш пиар-менеджер.

– К счастью, вы не мои дети, – едко замечает Крыска, видимо, забыв, как сама долдонила изо дня в день, что весь несравненный коллектив – скопище неразумных младенцев, которым без её руководящей жёсткой руки – никак.

– Абзац, – уныло гундосит в нос Серёга – веб-дизайнер по профессии и художник в душе – и шумно сморкается в платок.

Креативное агентство «Розовый слон» галдит, возмущается, машет конечностями – пёстрыми попугайскими крыльями, и только я и Дрон, наш несравненный программист и хакер, сидим спокойно.

– Ника, ты что молчишь? – шипят на меня, раздувая щёки-капюшоны, две кобры-контентщицы – Люда и Натаха. А зачем зря воздух баламутить? И так пыль столбом.

– Чай, кофе, потанцуем? – меланхолично, но громко выдаю я.

Птичник на миг замирает в разнокалиберных позах.

– Водка, пиво и чего-нибудь нюхнуть, – брякает в полной тишине всклокоченный Дрон и глубокомысленно вращает голубыми, как ясное небо, глазищами. Картину слегка портят красные воспалённые веки, но мы уже привыкшие: это его естественный брутальный налёт, харизма, без которой сахар не солёный.

– Тогда нашатырный спирт, – вздыхаю громко и направляюсь к чайникам-кофейникам.

– Вот и славненько, – щерится акульей улыбкой Крыска и стратегически верно ретируется, пока не возобновился всемирный вой. Ну, ей как бы сейчас не до нас. Свадьба – и всё такое. Главная задача артиллериста – шарахнуть изо всех орудий и покинуть на время поле боя. Пусть перебурлит. Сильные и слабые залижут раны, и тогда можно совершить следующий заход на позиции.

– Что будем делать? – полувздох-полустон. Кажется, это кто-то из рекламщиков.

– Как что? – я сама невозмутимость. – Подарок выбирать, конечно же.

– Все в ауте, и только наша Никуся держит удар, – кривит идеально очерченные татуажем губы Ксения – личная помощница Крыски.

Она тоже не особо прыгает. Видимо, знает куда больше, чем все остальные. Но ей по статусу положено. К тому же, в нашем слоновнике она одна из тех, кто не очень поддаётся эмоциям.

Горячая эстонская девушка с медлительной грацией. Искусный факир – заклинательница змей. Манипулятор, что одним движением длинных, как посадочная полоса, нарощенных ресниц умеет отправлять в нокаут даже тяжеловесов в мире бизнеса.

Я пропускаю мимо ушей её выпад и ловко разношу печеньки и чашки с кофе-чаем, привычно уворачиваясь от похотливых мужских щупалец.

Пока народ занят пережёвыванием выпечки и новости дня, настаёт относительная тишина. Можно перевести дух, но, видимо, сегодняшний вулкан ещё не всю магму выплюнул.

Крыска, затянутая в умопомрачительное лайкровое платье, подчёркивающее все её изгибы и выпуклости, снова выныривает из небытия и, прижимая к себе кроваво-красный клатч, деловито стучит высоченными шпильками по ламинату. Десятки глаз следят, как несравненная Кристина Генриховна подходит к огромному, в полный рост зеркалу и, выудив из недр клатча помаду, любовно красит губы.

– Кштати, – небрежно бросает она, накладывая завершающий штрих, – мой будущий муж – иностранец. И я не просто выхожу замуж, а уезжаю на постоянное место жительство за границу. И поэтому… – Крыска делает абсолютно бесполезную театральную паузу: все и так застыли, забыв, как дышать и жевать. – А поэтому я продаю агентство!

Голос её полон оптимистического торжества, которое звучит фальшиво, как марш Мендельсона на похоронах. Если бы в офисе водились мухи, сейчас бы все оценили их трепетное жужжание.

Игнорируя всеобщее окаменение, Крыска одним махом вывалила остаток своей сногсшибающей новости:

– «Розовый Слон» переходит в надёжные мужские руки, к Драконову Дмитрию Ивановичу.

– Абзац, – это снова Серёга. Трагическим шёпотом. В абсолютной тишине его незатейливое словечко звучит, как взрыв.

Пока не разморозилось мёртвое царство, Крыска воровато юркнула за входную дверь. Сбежала с тонущего корабля, как и полагается настоящей крысе. Ну и хрен с ней. Можно подумать, мир рухнул. Но большинство как раз склонялось к катастрофе вселенского масштаба. Вытянутые лица. Испуганные глаза. Кофе в чашках стынет. Непорядок.

Отчаянно захотелось взбодрить сотоварищей, поэтому, недолго думая, я вскочила на офисное кресло и, выкинув вперёд руку, как Ленин в октябре, весело гаркнула:

– Что приуныли? Ну, подумаешь! Были «Розовый Слон», а станем «Розовый Дракон» – всех делов-то.