Дождь над Гамбургом

Шавасс лежал, положив голову на руку, и в темноте старался разглядеть потолок. Он устал — устал, как не уставал уже долгое время — и все же не мог заснуть. Шавасс зажег лампу, стоящую на ночном столике, и потянулся за сигаретой. Чиркнув спичкой, он услышал, что зазвонил телефон.

Он быстро поднял трубку, женский холодный, безразличный голос прозвучал рядом с ухом:

— Это ты, Пол?

Он поднялся и оперся спиной на подушку.

— Кто говорит?

— Джин Фрезер. Твой самолет прилетел в лондонский аэропорт из Греции три часа назад. Почему ты не зарегистрировался, не позвонил?

— А что за спешка? — спросил Шавасс. — Я же только вчера рапортовал из Афин. С шефом увижусь утром.

— Нет, сейчас, — сказала Джин. — И лучше тебе поторопиться. Он ждет тебя с тех пор, как приземлился твой самолет.

Шавасс нахмурился.

— Какого рожна ему? Я только прибыл из Греции, где провел два не самых приятных месяца своей жизни. И хотел бы поспать, коли на то пошло, потому что уже забыл, как это делается.

— Ты меня растрогал, — спокойно проговорила секретарша. — А теперь оденься и будь пай-мальчиком. Высылаю за тобой машину.

В трубке щелкнуло — отбой. Пол, тихо выругавшись, откинул одеяло, стащил пижаму, натянул брюки и босым прошлепал в ванную.

От недосыпа глаза саднило, а во рту был мерзкий привкус. Он наполнил стакан холодной водой и с наслаждением медленно выпил, а потом быстро ополоснулся под сильной струей.

Вытираясь, он пристально разглядывал себя в зеркале. От усталости под глазами залегли глубокие тени, кожа на высоких скулах, доставшихся ему в наследство от отца-француза, туго натянулась.

Он был красив. В его внешности было нечто аристократическое. Только уродливый рваный шрам, оставшийся на предплечье от старого выстрела, совсем не вязался с его обликом.

Пол потрогал кожу под глазами и вздохнул.

— Черт побери, ты выглядишь как мертвец, — сказал он мягко, и лицо в зеркале осветилось обаятельной улыбкой.

Он провел рукой по двухдневной щетине, решил не бриться и вернулся в спальню. Одеваясь, Пол слышал, как дождь барабанит по стеклу призрачными пальцами, и через десять минут, выходя из дома, не забыл надеть старый дождевик.

Возле лестницы его уже поджидала машина, Пол сел прямо за спиной водителя и всю поездку по пустынным, мокрым улицам не проронил ни слова, сидел молча, уставясь в ночь.

Он устал. Устал от чемоданной жизни, от перелетов из одной страны в другую, устал быть всеми мужчинами одновременно и никем в отдельности. Впервые за пять лет он подумал о том, почему собственно, давным-давно не послал эту мороку подальше, но увидев, что машина заворачивает в ворота знакомого дома на Сент-Джонз-Вуд, мрачно усмехнулся и выкинул глупости из головы.

Автомобиль затормозил перед ступенями лестницы, и Пол, не сказав водителю ни слова, молча вышел и стал подниматься наверх. Он нажал кнопку звонка возле солидной медной пластины, на которой значилось: «БРАУН И КОМПАНИЯ — ИМПОРТ-ЭКСПОРТ». Через несколько секунд дверь распахнулась, и высокий седеющий мужчина в голубом саржевом костюме отстранился, давая проход Шавассу.

— Рад снова вас видеть, мистер Шавасс.

Пол ухмыльнулся и легонько похлопал мужчину по плечу.

— Отлично выглядишь, Джо.

Он поднялся по винтовой лестнице времен Регентства и прошел по устланному толстым ковром коридору. Единственным звуком, раздававшимся здесь, был шум из радиорубки. Он миновал ее, взлетел еще на две ступени и свернул в следующий коридор. Тут тишина была абсолютной, и Пол, открыв огромную дверь в самом конце, тихо вошел.

Комната оказалась небольшой и простенько обставленной, в углу стоял стол, на котором находилась пишущая машинка и несколько телефонов. Джин Фрезер, склонившаяся над выдвижными ящиками шкафа, подняла свое круглое, умное лицо и на губах ее заиграла легкая равнодушная улыбка. Потом она сняла очки и поморщилась.

— Выглядишь ты просто ахово.

Шавасс усмехнулся.

— Как обычно в это время суток.

Женщина была одета в простую белую блузку и твидовую юбку самого обычного покроя, подчеркивающую округлость ее бедер. Пока он шел к столу, его глаза не могли оторваться от этих плавных округлостей.

Пол присел на краешек стола и вытащил сигарету из пачки, лежащей рядом с телефонами. Со вздохом удовлетворения он прикурил и выпустил большое облако дыма.

— А теперь рассказывай, что значит весь этот шорох? Что такое взбрело шефу в голову, что он не мог подождать до утра?

— Почему бы тебе самому не спросить? Он ждет тебя с нетерпением, — сказала секретарша, продолжая заниматься своими делами.

— Еще работенку подкинули? — недовольно спросил Пол.

— Похоже на то. И кажется, дельце будет крутым.

Шавасс тихонько выругался и поднялся.

— Интересно, из чего, он считает, я сделан — из железа? — Не дожидаясь ответа, он прошел в кабинет шефа.