Доза красивого яда

Огонь вспыхивает передо мной — уровень жара, при котором он приобретает легкий голубой оттенок, — и все, о чем я могу думать, это бросить ее в него.

Верно, мне, вероятно, следует объяснить, кто такая она.

Ее родители назвали бы ее милой девушкой.

Мой брат называет ее своей бывшей.

Но я? Я называю ее Сатаной. Это уместно, особенно когда из-за нее моего брата чуть не отправили в тюрьму.

Он всего лишь защищал ее честь. После ночи, полной выпивки и хорошего времяпрепровождения, какой-то подонок не переставал приставать к ней. Кэм несколько раз просил его отступить, но его усилия были тщетны. Когда парень обнял ее и попытался оттащить, с Кэма было достаточно.

Одного идеально выполненного удара было достаточно, чтобы повалить парня плашмя на задницу, но никто не планировал того, как он ударился головой о бордюр по пути вниз — или внутричерепного кровоизлияния, из-за которого обвинения перешли от простого избиения к нападению при отягчающих обстоятельствах. Все представленные свидетельские показания были в его пользу. Все видели, насколько агрессивным был этот парень, а также отсутствие у него элементарной порядочности по отношению к женщинам, которые не хотят иметь с ним ничего общего. Однако никто из них точно не видел, что произошло после того, как они покинули вечеринку.

Никто, кроме его бывшей.

Мы все думали, что это будет просто. Что она предоставит свои показания, и полиция снимет обвинения. В конце концов, он просто защищал свою девушку. Но когда Кэм пришел к ней домой, чтобы выяснить, почему она до сих пор этого не сделала, она обрушила на него ошеломляющую новость, которую никто из нас не ожидал.

Идеальная маленькая принцесса не хотела ввязываться.

И как будто этого было недостаточно, она порвала с ним, потому что не может быть связана с жестоким преступником.

Кэм был опустошен.

Мои родители наняли адвоката.

И я начала думать обо всех способах, которыми ее смерть могла бы выглядеть как несчастный случай.

— Лейкин! — кричит Кэм, его лицо всего в нескольких дюймах от моего, возвращая мое внимание в настоящее.

Я подпрыгиваю и чуть не падаю со скамейки. — Что, черт возьми, с тобой не так?

Он впадает в истерику, смеясь так сильно, что ему трудно дышать. Я скрещиваю руки на груди и качаю головой, глядя на него.

— Знаешь, теперь, когда я думаю об этом, я бы хотела, чтобы тебе дали тюремный срок.

Это ложь. Я люблю своего брата. Он тот единственный человек, который всегда был рядом со мной. Мы пережили друг с другом немало дерьма, и я защищаю его так же, как и он меня. Назовите это совместным бунтом братьев и сестер в религиозной семье — в одиночку с этим не справиться. Вы должны прикрывать друг друга.

Но это не значит, что я не буду издеваться над ним, когда представится такая возможность.

Он отмахивается от меня и смеется, когда я притворяюсь, что хватаю его. — Как будто ты не плакала сильнее всех, когда узнала, что я получил всего два года условно.

— Я же говорила тебе, — настаиваю я. — Я все еще была пьяна с прошлой ночи. Я плакала, потому что вспомнила, что Taco Bell существует.

Кэм ухмыляется и оглядывается на своего друга Эйдена. — Ты веришь хоть слову из этого дерьма?

Он пожимает плечами. — Я не знаю, чувак. Taco Bell для пьяной цыпочки, все равно, что для нас бесплатное порно.

Мы вдвоем недоверчиво смотрим на него, пытаясь понять, что, черт возьми, происходит в его мозгу. Мы с Кэмом переглядываемся, и я поднимаю руки в знак капитуляции.

Я к этому не притронусь.

Кэму, должно быть, пришла в голову та же мысль, потому что он просто качает головой и что-то бормочет себе под нос, прежде чем полностью сменить тему — как раз вовремя, чтобы еще больше его друзей-идиотов пришли к нашему праздничному костру.

Потому что отсутствие необходимости носить оранжевый комбинезон в обозримом будущем — это повод для празднования, черт возьми.

— Ура, ура! — Кричит Оуэн, направляясь в заднюю часть двора.

Он несет по упаковке пива на каждом плече, в то время как Лукас и Айзек следуют за ним. Будучи в одной хоккейной команде с Кэмом с тех пор, как они были моложе, я выросла среди этих парней. Но это не значит, что они мне нравятся. Честно говоря, есть только один из его друзей, которого я не нахожу совершенно отвратительным.

— Поздравляю, чувак! — Говорит Оуэн Кэму, протягивая ему одну из шести упаковок. — Мой подарок тебе.

При росте шесть футов четыре дюйма Оуэн выглядит устрашающе. Судя по татуировкам на его руках, а также по мускулам, которые он накачал, каждый день посещая спортзал, легко подумать, что он какой-то бунтарский задира. На самом деле он настоящий плюшевый мишка — дамский угодник, но из тех, кто обнимается после секса на одну ночь.

— Потому что это то, что ему нужно — напиться и напасть на кого-нибудь другого, — растягивая слова, произношу я.