Достопримечательное, поучительное повествование о сексуальном харрасменте, абьюзе на рабочем месте, счастливых извращенческих инсинуациях, любви и наслаждении

Формально Александра не была моей подчинённой. Она работала менеджером по продажам у одного из моих подрядчиков – Виктора. Устроилась по распределению после университета. Раньше компанией управлял отец Виктора, но последнее время в связи с возрастом он отошёл от дел и передал управление компанией сыну.

Виктора я знал лет пятнадцать, он вечно влипал в какие-то истории. Однажды он студентом решил с девушкой поехать к Белому морю на папиной машине. Собрались, затарились палатками, тёплыми вещами. Выехали из города. На заправке встретили подругу девушки. Та сагитировала их ехать на Казантип. Кто не помнит, в то время там проходили наркоманские техновечеринки. Ибица для бедных. Так как целью Виктора была не сама поездка, а переспать с девушкой, он с лёгкостью согласился. О чём без всякой задней мысли он и поведал таможеннику на белорусско-украинской границе. Что, мол, они компанией должны были ехать на Белое море, но передумали и направились на Казантип. Приказав Виктору заглушить двигатель, таможенник в раздумьях удалился в помещение. Не было его довольно долго. Видимо, изучал карту. Водил пальцем по маршруту. Линейкой вымерял расстояния. Считал паралелли. Вернувшись, приказал всем выйти из машины. В поисках наркотиков машину разобрали до винтиков. Девушек пожалели, Виктора отправили на колоноскопию.

С компанией Виктора я заключил большую сделку, произвёл предоплату. В один чудесный весенний день, случайно проезжая мимо их офиса, я решил заскочить, чтобы обменяться подписанными документами. Они снимали коттедж в сельхозпосёлке, возле Цнянского водохранилища. Дело было в пятницу, канун Восьмого Марта. И я попал на корпоратив. В компании работали практически одни девушки. Кроме самого Виктора работниками мужского пола были главный бухгалтер – чрезвычайно флегматичный Андрей Викторович (единственный мужчина – главбух, которого я знаю) и технический директор – молодой накачанный парень, бывший рукопашник со странным именем Светозар.

Виктор чувствовал себя петухом в курятнике. Домогался он всех сотрудниц без исключения. При этом харрасмент не приносил им никакого профита, скорее наоборот, девушкам, от которых добивался желаемого, он начинал платить меньше. «Если я с ними сплю, зачем я буду на них тратиться?» – резонно заявлял он.

Сумма проведённой мною предоплаты равнялась примерно полугодовой выручке фирмы Виктора, так что на корпоративе мне было отведено почётное место во главе стола. Виктор передо мной всячески стелился. Самых красивых сотрудниц он усадил в непосредственной близости от меня. По правую руку от меня сидела силиконовая секси-секретарша, как будто выпорхнувшая из старых немецких порнофильмов. Молоденькие сотрудницы наперебой подкладывали мне еду в тарелку, весело щебетали, заигрывали и кокетничали. Секретарша под столом тёрлась ногой о мою штанину. По задумке Виктора я должен был ощущать себя персидским падишахом, но почему-то чувствовал себя престарелым богатым дядюшкой на семейном торжестве.

Я был уставшим, голодным, резко газанул по вискарику, поэтому большая часть вечера была мной благополучно забыта. Почему из всего женского цветника мой выбор пал именно на Александру, я не знаю. Может, из-за того, что она единственная не выказывала мне никаких знаков внимания, не пыталась произвести впечатление? Весь вечер она сидела за столом, на отведённом ей, согласно иерархии Виктора, третьем или четвёртом стуле по левую руку от меня, с кривой миной, говорившей: «И что я вообще тут с вами, блядями, делаю?»

Была музыка, были танцы. Как же я её домогался! К злобному недовольству остального коллектива. Вайнштейн нервно курил в сторонке! Действия мои были прямыми и косвенными, полными ненужных прикосновений, поцелуев, похотливых шуток, приставаний, пошлых намёков, бесцеремонно нарушавших её личные границы. Мои неуместные словесные замечания были бестактны и ставили её в неловкое положение (так поступать нехорошо!).

Александра была дипломатично сдержанна, моё хамское поведение переносила с достоинством. Каким-то образом мы с ней переместились в кабинет Виктора. Я запер дверь изнутри и перешёл к более активным действиям. Я совершенно не понимал, что в данном случае уместно, не умел слышать «нет», настойчиво пытался во что бы то ни стало добиться своего, не обращая внимание на её нежелание (так поступать тем более нехорошо!). Почувствовав неладное, дверь плечом выбил флегматичный Андрей Викторович.