Достоинство

Лондон, 1750 год

— В настоящее время у меня нет на примете такой девушки, ваша светлость.

— Я и не предполагал, что она у вас есть, мадам. Но бьюсь об заклад, при желании вы с легкостью ее добудете. — Тарквин, третий граф Редмайн, склонился к благоухающему розовому бутону и вдохнул его нежный аромат.

— Нелегко будет найти девушку, которая удовлетворяет таким необычным требованиям. — Госпожа Деннисом задумчиво взглянула на своего собеседника поверх дорогого, изысканно раскрашенного веера.

— Вас с мистером Деннисоном ожидает достойная награда за труды. — По худощавому лицу графа промелькнула улыбка.

— Граф, вы же знаете, как я ненавижу говорить на такие… непристойные темы.

— Тема действительно непристойна, — согласился граф. — Но все-таки позвольте еще раз остановиться на самом важном условии, мадам. Меня устроит лишь девственница. Женщина, хоть раз познавшая любовь мужчины, не подойдет, как бы свежа она ни была.

— Как вы можете подозревать меня в обмане, ваша светлость? — обиженно насупилась Элизабет Деннисон.

Граф широко улыбнулся и, тряхнув кудрями, вытащил из глубокого кармана камзола лазуритовую табакерку. В залитой солнцем гостиной повисла тишина — граф достал понюшку табака, поднес ее к носу и, вдохнув, воспользовался кружевным шелковым платком.

— Позвольте поинтересоваться, ваша светлость, — небрежно нарушила молчание Элизабет. — Вы хотите использовать девушку только для своих собственных надобностей? — Она рисковала, задавая этот вопрос, поскольку, имея дело с графом Редмайном, никогда нельзя было поручиться, что он не сочтет обычное любопытство за недопустимую дерзость.

— Вы должны быть твердо уверены в том, что девушка нужна исключительно мне, — поднимаясь с кресла, сказал граф. — Не сомневайтесь, она изведает самые изысканные удовольствия.

— Полагаю, сэр, что самые изысканные удовольствия доступны всем нашим дамам, — укоризненно ответила миссис Деннисон, вставая и рассерженно шелестя юбками. — Мы с мужем гордимся тем, что составляем счастливое, достопочтенное семейство.

Элизабет позвонила в колокольчик.

— Если бы я усомнился в этом, Элизабет, я никогда бы не обратился с подобной просьбой к вам, — галантно склонил голову граф и протянул руку к трюмо, чтобы взять перчатки и трость.

— Я постараюсь незамедлительно навести справки, граф, — смягчившись, улыбнулась Элизабет.

— Не забывайте ставить меня в известность о том, как идут дела, мадам. Желаю вам всего хорошего. — Граф отвесил хозяйке церемонный поклон. Но, приседая в глубоком реверансе, она заметила потаенный блеск в его серых глазах и отчего-то почувствовала себя неловко. Впрочем, граф Редмайн у многих вызывал подобное ощущение. Миссис Деннисон справилась со смущением и обратилась к слуге, пришедшему на зов, обычным, исполненным достоинства тоном:

— Его светлость покидает, нас.

— Мадам, ваш покорный слуга… — пробормотал граф, склоняясь в прощальном поклоне, после чего проследовал за лакеем к выходу. Его шаги гулко раздавались в утренней тишине дома. В этот час слуги передвигались по дому на цыпочках, боясь потревожить хрупкий сон господ и тех своих собратьев, которые несли нелегкую службу ночью и получили возможность прилечь лишь на рассвете.

В тот миг, когда за гостем закрылась дверь, улыбка исчезла с лица госпожи Деннисон. Граф задал ей отнюдь не легкую задачу: найти юную целомудренную девушку, которая безропотно согласится выполнять любые прихоти графа.

Найти девственницу не составит труда… Каждый день в столицу приезжает столько невинных, неискушенных деревенских девчонок! Но вот отыскать среди них покладистую и неболтливую…

К тому же граф неоднократно повторил, что она нужна ему не просто для развлечения и что обычная шлюха его не устроит, так что поискать придется как следует!

Элизабет Деннисон передернула роскошными плечами и решила как можно скорее поведать о своей беседе с графом мужу, который, без сомнения, поможет ей выполнить это поручение.

В конце концов у них нет выбора.

Незавидная участь ожидает того, кто осмелится ослушаться приказания или перечить человеку столь могущественному и влиятельному, как Тарквин, граф Редмайн.

Джулиана задыхалась. Новоиспеченный супруг навалился на нее всем своим весом и, отвратительно пыхтя и сопя, бессмысленно уставился в одну точку мутными от обильных возлияний глазами. Джулиана внутренне смирилась с таким финалом свадебного торжества, более того, она по-своему хорошо относилась к сэру Джону, уважала в нем физическую силу и богатый жизненный опыт. Но в эту минуту муж вызывал в ней лишь брезгливость и отвращение. И если она немедленно не изыщет способа выбраться из-под грузного, расслабленного тела, то неминуемо испустит дух.