Дороги в ад

То, что вы держите в руках, - это первое полное собрание моих рассказов. Очень может быть, что это последняя такая коллекция или, по крайней мере, последняя за очень долгое время. Это потому, что я лишь изредка писал короткую прозу в те годы, когда начал писать профессионально. Когда я писал свои романы для издательства "Dorchester" (Буу! Шшшш! Бойкот!), я также работал полный рабочий день, и это было все, что я мог сделать, чтобы выкроить достаточно свободного времени, чтобы написать эти вещи. Несколько раз я писал короткие рассказы в те годы, потому что просил кто-то, кто готов был заплатить мне за это. Примерами могут служить рассказы, вошедшие в этот сборник, “Живая Mёртвая Cука” и “А в Аду не так уж и плохо”.

В первом случае, мой друг Kент Гауран имел (просуществовавший недолго) сайт, посвященный, художественной литературe, вдохновленной фильмами "Трома" и прочей швалью трэш-кино. Он был готов платить по текущему профессиональному тарифу, так что я был счастлив придумать что-нибудь для него. В качестве бонуса, “Живая Mёртвая Cука” была действительно забавной историей, чтобы написать ее намного длиннее. Это потенциальное осложнение, с которым я сталкиваюсь практически с каждым коротким произведением, которое я пытаюсь сделать в эти дни. Все они хотят быть больше и длиннее, когда я начинаю их писать, стать повестями или полноценными романами. Наверное, справедливо будет сказать, что со временем роман - стал той формой, с которой я чувствую себя наиболее комфортно. В некоторых случаях я просто говорю "нахуй всё" и позволяю этому случиться, как это случилось с историей о зомби, которую я недавно начал, с намерением включить ее в качестве оригинального художественного произведения в этот сборник. Сейчас онa находится на пути к тому, чтобы стать романом, и это кажется правильным для этого конкретного произведения. С “Живой Mёртвой Cукой” я заставил себя обуздать эту тенденцию и закончить ее как короткий рассказ (хотя я оставляю за собой право вернуться к материалу однажды и превратить его во что-то большее).

Что касается “А в Аду не так уж и плохо”, то эта история была написана по просьбе художника, известного как GAK, для включения в трибьют-антологию “Infernally Yours” Эдварда Ли. При более чем 8000 словах, это довольно длинная история, может быть, пара тысяч слов стесняется длины новеллы. Я был преданным поклонником Эдварда Ли с тех пор, как его роман “Ковен” был выпущен на массовом рынке издательством "Diamond" в мягкой обложке в 1991 году, и поэтому для меня было честью быть приглашенным принять участие в трибьют-проекте. Мне понравилось немного поиграть в мире Эдварда Ли, и я думаю, что эта история отражает мой энтузиазм по поводу проекта. Конечно же, название сборника взято из одноимённой песни AC/DC. В подростковом возрасте AC/DC была моей любимой группой. Они были шумными, сопливыми, несносными и пьяными... все, что вы хотите в рок-н-ролльной группе (или, по крайней мере, так было в те дни, когда рок-н-ролл еще не стал для нас политкорректным). Теперь это кучка сказочно богатых стариков, которые записываются и гастролируют время от времени, когда им этого хочется, а не насмешливые панки, но я все равно люблю их. Так что, было забавно вставить оригинального певца AC/DC Бона Скотта в историю, как певца с обычным концертом в ночном клубе в Aду.

Ещё один рассказ сборника, “Прыщавый”, примечателен тем, что это моя первая профессиональная продажа. В январе 2003-го он был принят в состав готовившейся тогда антологии, посвящённой Ричарду Лаймону, “In Laymon’s Terms”. Удивительно, но на момент написания этой статьи, всё выглядит так, будто бы “In Laymon’s Terms” наконец-то собираются издать. Распространяются пробные экземпляры, а участников просят выслать по почте обновлённые материалы. Тем не менее, появление рассказа в этом сборнике вероятно упредит выход на рынок антологии “In Laymon’s Terms”. У меня от этого смешанные чувства. Рассказ, без сомнения, является её частью. Однако у запоздалой публикации будет горький привкус. Когда в начале 2003-го приняли рассказ, мой отец был ещё жив. К моменту выхода “In Laymon’s Terms” (скорее всего, это будет летом 2011-го), пройдёт уже восемь лет, как он покинул этот мир.

“Прыщавый” по очевидным причинам был специально написан как история, подражающая стилю Ричарда Лаймона. В ней демонстрируются наиболее известные элементы, присущие творчеству покойного писателя, такие как: кровавое насилие, восхищение определёнными деталями женской анатомии и неожиданные ситуации. Я стал поклонником Лаймона в 1982-м, когда прочитал его роман “Леса здесь тёмные”. Если вы, возможно, читали мои книги, то его давнишнее влияние на мою работу должно быть для вас очевидным.