Дом теней

Тяжёлые парчовые шторы шевельнулись от лёгкого ветерка, одна из складок задела угол туалетного столика и опрокинула лак для ногтей.

Слабый звук его падения разбудил Дэни, вырвав её из тяжёлого кошмара: она бежала по пустынной дороге, ничего не видя из-за густого тумана и моросящего осеннего дождика. И прижимала к груди маленький запечатанный конверт. Иногда ей удавалось уловить в шуме дождя совсем иной звук: шаги того, кто её преследовал.

Она ловила взгляд этого человека, когда останавливалась и оборачивалась. В первый раз это был мистер Ханивуд, она узнала узкое сухое лицо старого адвоката и короткое хриплое покашливание. Потом это была полная пожилая женщина в твидовом костюме, тяжело шагавшая по грязи, или какой-то человек с Востока, темнокожий, в белых развевающихся одеждах и феске — или это был тюрбан? Но никто из них не в праве был её преследовать, она не позволит им себя догнать. Это вопрос жизни или смерти…

Флакон с лаком для ногтей упал, и Дэни проснулась.

Она села в постели, все ещё не придя в себя после кошмара, и очень удивилась, очутившись в совершенно незнакомой комнате. Потом остатки сна улетучились и она вспомнила, что она уже не в доме своей двоюродной тётушки, а в лондонском отеле «Эрлайн».

Вчера в Маркет-Лидоне было туманно и сыро, как поздней осенью. Но здесь, в Лондоне, в это сентябрьское утро казалось, что лето все ещё продолжается. Хотя было ещё очень рано и город только пробуждался, небо за окном сияло синевой.

Шторы, вчера полностью задёрнутые, были частично открыты и пропускали в комнату слабый утренний луч, который освещал беспорядочно разбросанные картонные коробки, чемоданы, пакеты в китайской шёлковой бумаге и новую сумочку — подарок тёти Хэрриет — в которой, кроме всего прочего, лежал недавно оформленный заграничный паспорт.

Все проблемы, связанные с путешествием за границу, Дэни уладила вчера вечером, и теперь ей оставалось купить соломенную шляпу, купальник и какоенибудь средство от тошноты и познакомиться с сестрой отчима, миссис Бингхэм. Раньше она никогда её не видела, но со вчерашнего дня жила в том же отеле. Миссис Бингхэм тоже собиралась лететь на Занзибар самолётом «Зеро-Зефир» авиакомпании «Грин Зеро Лайн».

Лондон — Неаполь — Хартум — Найроби — Момбаса — Танга — Пемба — Занзибар…

Дэни снова вздрогнула. Восторг неожиданно сменился странным чувством неудобства, настолько назойливым, что она быстро обернулась, почти уверенная, что позади стоит кто-то незнакомый. Но ничто не шевелилось, кроме штор, которые тревожил лёгкий ветерок; и конечно же, в комнате никого не было. Никто за ней не наблюдал! Это всего лишь последствия глупого сна…

Дэни Эштон окончила школу примерно год назад, но это был её первый глоток свободы. Как дочь своей матери, она могла бы вести беспорядочную жизнь, полную увеселений, но до сих пор Дэни жила очень тихо и незаметно. Её мать, в настоящий момент именовавшаяся Лоррейн Фрост, была женщиной необычайной красоты, коллекционировавшей мужей, как кинозвезда. Единственная дочь Дэни осталась ей как воспоминание о первом муже, Даниэле Эштоне.

Лоррейн никогда не испытывала материнских чувств, а Даниэля, исследователя и охотника, больше интересовали антилопы и истоки Амазонки, чем отцовские обязанности. Он встретил свою смерть в непросвещённом племени южноамериканских индейцев, когда Дэни было три года. Лоррейн практически тут же вышла замуж за Двайда Клифорпа, миллионера из Чикаго, и отдала маленькую дочку незамужней тёте Хэрриет Хендерсон.

Мистер Клифорп, любитель гольфа и подводной охоты, долго не задержался, как и следующие два отчима; последним же был писатель Тайсон Фрост. Ни один из мужей Лоррейн не проявлял должного интереса к падчерице, поэтому визиты матери были очень короткими и только нарушали привычное течение жизни в Глиндарроуве, большом доме красного кирпича в Хемпшире. Тётушка Дэни жила уединённо, не интересуясь происходящем за стенами поместья.

Тётушка Хэрриет не одобряла прогресс и послевоенный мир. Она также очень не одобряла эту поездку на Занзибар, но была не в силах остановить Дэни, поскольку не являлась её официальным опекуном. Кроме того, в девушке внезапно проснулась тяга к независимости.

Дэни очень обрадовалась идее поехать за границу, где у Тайсона был собственный дом. Она игнорировала все предупреждения тётушки, отказалась провести в её доме последние три дня и даже не захотела, чтобы её проводил Твисдон, строгий пожилой тётушкин дворецкий.