Должность

Василий Гавриленко

Должность

© Василий Гавриленко, 2016

© Ольга Юрьевна Марушак, дизайн обложки, 2016

Редактор Алексей Андреевич Веретенников

Корректор Ирина Макаровна Даниленко

Дизайнер обложки Ольга Юрьевна Марушак

Актер провинциального театра Сергей Леопольдович Антушкин был похищен некими людьми в черных костюмах накануне премьеры «Ревизора». Похитители объявили, что у них есть работа, от которой Антушкин не сможет отказаться: ему предстоит сыграть кандидата в Президенты Российской Федерации, а затем, если предвыборная гонка завершится успешно, и самого Президента…

ISBN 978-5-4474-3297-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Оглавление

Должность

Глава первая. Похищение ревизора

1

2

3

Глава вторая. Бойня в Ж…, или бунт маленького актера

1

2

3

Глава третья. Дебют

1

2

3

4

Глава четвертая. Рождение Лицедея

1

2

3

4

5

Глава пятая. Поэзия и проза

1

2

3

Глава шестая. «По вечерам над ресторанами…»

1

2

3

Глава седьмая. Бури небесные, бури земные

1

2

3

Глава восьмая. Назубок

1

2

3

Глава девятая. Дебаты

1

2

3

Глава десятая. Кровавый понедельник

1

2

3

Глава одиннадцатая. «И ад следовал за ним…»

1

2

3

Глава двенадцатая. Островитяне

1

2

3

Глава тринадцатая. Проститутка

1

2

3

Глава четырнадцатая. Покушение в «Полушке»

1

2

3

Глава пятнадцатая. Бал-аукцион

1

2

Глава шестнадцатая. Вертеп

Глава семнадцатая. Примирение непримиримых

1

2

Глава восемнадцатая. Загородная жизнь

1

2

3

Глава последняя. Красная дорога

Вместо эпилога

Я приглашаю рассмотреть ближе свой долг и обязанность земной своей должности, потому что это уже нам всем темно представляется, и мы едва…

Н. В. Гоголь «Мертвые души»,

том второй

Глава первая. Похищение ревизора

1

В тот день — кстати, жаркий до одури — давали премьеру «Ревизора» в постановке столичного щеголя Шилкишевича (большой, как раньше говорили — моветон, но это между нами). Публики, вопреки ожиданиям, собралось много — напрасно издергался антрепренер Силкин.

Я, конечно, играл Хлестакова — еще бы, прима! — и, должен заметить, не без вдохновения. Этак, знаете ли, поперло меня, и Городничему (Лукьянов) в первом действии налебезил за милую душу, и за Марией Антоновной (Шпанк), приволокнулся эффектно.

В антракте в гримерку ко мне заглянул сам Шилкишевич и, хоть и не похвалил, но и не наорал, как на того же Лукьянова.

— Тут к тебе какие-то, — сказал он между прочим. — Смотри у меня!

Привычка грозить была впитана Шилкишевичем с молоком Немировича-Данченко.

Я обернулся, накладывая грим на вспотевший лоб. Гримерша, конечно, обслуживала эту гордячку Шпанк.

Передо мной застыли два человека в черных очках и, если можно так выразиться, черных же костюмах-двойках. Можно? Ну, тогда выражусь! Похожи они были на секьюрити из ювелирного магазина.

— Что вам угодно, господа? — спросил я, вовсе не желая выходить из образа.

И тут… О боже, довольно жутко вспоминать… Впрочем, вспоминать-то особо нечего: лишь вонючий платок, подсунутый мне под нос.

Очнулся я в чем-то черном… Вообще в тот период в жизни моей превалировал черный цвет.

— Где я?

Мне показалось, что я, простите, помер.

— Не бойтесь, Сергей Леопольдович, мы не сделаем вам ровным счетом ничего плохого.

Голос мягкий, а все же было в нем что-то тигриное.

«А кривым счетом?» — испугался я и повернулся. Оказалось, что я еду в таком, знаете ли, черном лимузине и из окна мелькают незнакомые мне, но весьма солидные с виду здания. Я, признаться, никогда не покидал родной Ж…

У тигриного голоса оказалась очень даже не тигриная внешность: ласковые голубоватые глаза, беспомощно-розовая лысина и бородавка на щеке, похожая, тысяча извинений, на махонькую какашку.

— Театр, «Ревизор», — пролепетал я, чувствуя, что сердце срывается с привязи.

— Какой ревизор, Сергей Леопольдович? — протянул бородавка и зачмокал губами. Он нажал какую-то кнопочку и — к изумлению моему — из спинки сиденья выскочили два бокала с искрящейся жидкостью.

— Забыл, пардон, представиться. Семен Никитич. А вы?

— Сергей Леопольдович.

От неопределенности фортуны на меня напала икота.

— Ну, вот и замечательно, милейший Сергей Леопольдович. Выпейте, друг мой ситный, икота и пройдет.

«Отравят», — могильно решил я, но бокал взял. Шампанское, надо признать, было отменным, — да чего там! — сроду такого не пил. Хорошо, если б всех таким травили.

— Вот и славно, — сказал Семен Никитич, глядя, как двигается мой кадык, — Вы, мне думается, хотели бы знать, с чем связана такая наша… беседа.

Он легонько дотронулся до моей одежды. Боже свят, я же в костюме Хлестакова! Знаете, курточка еще туда-сюда, но панталоны довольно-таки легкомысленного свойства. Боюсь, обыватель не поймет.

В панике я посмотрел в голубые моря Семен Никитича.

— Да, признаться, хотелось бы знать…

— Не волнуйтесь, на месте мы вас приоденем, — смеясь, промолвил Семен Никитич и тут же посерьезнел, — У меня — то есть у страны — есть для вас работа.

— Какая? — испугался я, вообразив, что меня собираются отправить шпионом в Англию.