Долгожданная удача

– Спокойной ночи, дедушка. Я постараюсь не задерживаться.

Саманта Бардуэлл стояла у задней двери кафе, которым управляла вместе с дедушкой с тех пор, как вернулась в Салидо. Тусклая лампочка давала так мало света, что следов усталости на лице девушки было почти не видно. Из бильярдной, находившейся в конце квартала, доносилась едва различимая мелодия.

Прежде чем уйти, Эйза Бардуэлл ласково потрепал внучку по плечу.

– Ты слишком много работаешь, дорогая.

Откинув со лба прядь рыжеватых волос, Саманта подумала о том, сколько раз они прощались вот так по вечерам. Это стало своеобразным ритуалом. Глядя вслед удаляющемуся по пыльной улице дедушке, она почувствовала, как сжалось сердце. Эйза сильно сдал за последнее время. С каждым днем он все больше сутулился, походка становилась неуверенной. На старике была неизменная шляпа, лихо сдвинутая набок, из-под которой выбивались седые волосы. Саманта очень любила дедушку и все время с грустью думала о том, что ему до сих пор приходится так много работать. В свои восемьдесят лет Эйза вполне заслужил право уйти на отдых и доживать в покое остаток жизни.

Тяжело вздохнув, Саманта зашла в дом и закрыла за собой дверь.

Доставая деньги из кассового аппарата, она думала о стопке счетов, скопившейся дома на ее письменном столе. Саманта невесело посмотрела на лежащую перед ней выручку – стопка смятых мелких купюр и сложенные аккуратными столбиками монеты. Сорок восемь долларов двадцать три цента плюс арендная плата, внесенная владельцем бильярдной, которую передал ей Эйза. Но всего этого не хватало даже на то, чтобы оплатить лечение у дантиста ее младших братьев.

Саманте едва удавалось сводить концы с концами. Закусив губу, она устало потерла глаза. Должен, обязательно должен быть какой-то способ заставить кафе приносить доход! Но что бы ни придумывала Саманта, все затеи кончались ничем. Она изобрела даже новый рецепт барбекю. В кафе постоянно обновляли меню, снижали цены и увеличивали порции. Ничего не помогало. Трудно было найти клиентов в городке, где оставалось меньше тысячи жителей, а Салидо был именно таким городком.

Саманта завернула деньги в бумагу. По дороге домой она занесет их в ночное хранилище банка. Нет худа без добра: с такой суммой в руках можно спокойно идти по ночному городу. Городок Салидо, штат Оклахома, официально считался покинутым жителями, хотя здесь постоянно жили семьсот шестьдесят четыре человека, которым он вовсе не казался заброшенным.

Прежде чем уйти, Саманта решила отнести в кладовку банку с маринованными овощами. Дверь со скрипом захлопнулась за ее спиной. Саманта поставила банку на полку и невесело оглядела скудные запасы продовольствия. Им вовсе не требовалась кладовка: продукты вполне поместились бы в обычном кухонном буфете. Саманта вспомнила, как ребенком приходила в кафе вместе с дедушкой. Она любила бродить по кладовке и читать надписи на разноцветных этикетках консервных банок. Красные помидоры, желтая кукуруза, зеленые корочки моченых арбузов, золотистые персики – когда-то здесь было столько всего вкусного!

Саманта со вздохом повернулась к двери и нажала на ручку. Дверь не открывалась. Нахмурившись, девушка подергала сильнее, но и это не помогло.

Так и есть, она оказалась взаперти. Саманта давно собиралась снабдить дверь специальным предохранителем, но все время откладывала это, как и многое другое, из-за вечной нехватки денег. Она еще раз надавила изо всех сил на дверную ручку. Раздался треск – и ручка осталась у нее в руках.

– О нет! – в отчаянии воскликнула Саманта.

Она проводила почти все дни на ногах и к вечеру совершенно выбивалась из сил. Сегодня необходимо было решить, какие счета оплатить в первую очередь. И, как будто мало всех этих забот и проблем, теперь она оказалась запертой в собственной кладовке.

Поднимать шум и звать на помощь было бессмысленно. Люди были не так далеко – в бильярдной на углу, но из-за музыки они ни за что не услышат ее криков. К тому же между кафе и бильярдной находилось пустующее здание. Саманта поглядела на крошечное окошко, видневшееся высоко над рядами полок. Она была худенькой, с узкими бедрами, но и окошко едва ли было шире вентиляционного отверстия. Оно откидывалось на манер фрамуги – сверху вниз, причем стекло оставалось под углом к стене. К тому же окно наверняка не открывали несколько лет – если вообще когда-нибудь это делали. Сможет ли Саманта протиснуться наружу?

Крепко держась за вертикальные стойки, Саманта перелезала с полки на полку, передвигая мешавшие ей банки, пока не добралась до самого верха. Верхняя полка была пыльной, ею почти не пользовались, здесь стояло только несколько банок с фасолью.

Здание было построено в конце прошлого века, здесь были потолки высотой десять футов. Верхняя полка стеллажа, на который взобралась Саманта, находилась на четыре фута ниже. Окошко по-прежнему казалось слишком маленьким, но Саманте ни за что не хотелось провести ночь в кладовке.