Долгий путь домой (СИ)

Я живу в маленьком городке на севере Уральских гор и являюсь очень активным членом географическо-археологического клуба «Сибирский путешественник». Клуб является местной достопримечательностью и по итогам наших путешествий его члены активно выступают на разных симпозиумах краеведческого толка и местном телевидение. Почти каждый год я выезжаю на просторы нашей необъятной матушки Сибири в составе экспедиций. Мы разыскиваем различные стоянки древних людей, пути казаков, по которым они заселяли Сибирь и просто исследуем родной край. По профессии я программист, в клуб «Сибирский путешественник» попала еще в студенческие годы, да так и прижилась там. Вы, наверное, подумаете, что за странное хобби для девушки лазить по болотам, ковыряться в вечной мерзлоте и кормить бесчисленные орды комаров и мошкары собственной кровью? Женщина должна заниматься семьёй, а не рыть траншеи в земле, причем, по собственной воле, всё лето, каждый год. И вы будите правы.

Мне тридцать четыре года и я не замужем. Не то чтобы со мной что-то не так, я миловидна, с хорошей фигурой, воспитана, у меня хорошая работа, и я неплохо подрабатываю, выполняя заказы в интернете. У меня есть собственная квартира, точнее, подаренная родителями, и у меня нужная для вступления в брак и рождения детей сексуальная ориентация и дружелюбный характер. И при всём этом у меня нет мужчины.

В студенческие годы я встречалась с парнями, но дальше нескольких свиданий дело не шло. Даже мысль обменяться парой поцелуев, мне в голову при этом не приходила. Поцелуи, по моему мнению, это не менее интимна вещь, чем и сексуальный контакт. Вы же не станете облизывать чужие ложки в столовой, ну хорошо, кафе или даже очень дорогом ресторане? Даже если ресторан престижный, а ложка ну очень дорогая и красивая. И ели ею дорогое и вкусное блюдо. Нет? Ну а почему я должна облизывать посторонних мужчин? Такая жизненная позиция обескураживала мою маму и прочих родственников. Подруг у меня не было, так как девушки моего возраста считали меня высокомерной зазнайкой. Меня это не особо огорчало. Я не чувствовала себя обделённой или ущербной. Конечно, я хотела семью, детей, любящего мужа, но я понимала, что любящие мужья появляются из любящих мужчин. Конкретно, меня любящих, а не абстрактных. Ни одного любящего меня мужчины я не знала, впрочем, и моё душевное равновесие не пошатнула ни одна особь мужского рода, а выходить замуж по расчету не хотела.

Когда мне минуло тридцать лет, родители начали беспокоиться о моём будущем и регулярно сводили меня с различными перспективными мужчинами из приличных семей. Я была младшей дочерью в семье с тремя детьми, многочисленными бабушками, дедушками, тётушками и так далее. Мои старшие сестра и брат давно были семейными людьми и имели своих детей. Моё одиночество было аномальным явлением в кругу нашей родни. Я с покорной обреченностью висельника, посещала семейные и дружеские мероприятия, где меня ждала очередная встреча с незнакомцем, претендентом на место жениха. Честно сказать, иногда попадались очень приличные экземпляры. Один из них оказался владельцем магазина, торгующим товарами для охотников и рыболовов и так проникся симпатией к моему маленькому хобби, что обеспечил наш клуб сибирских путешественников новым походным снаряжением по сходной цене. Еще один потенциальный кавалер тоже оказался любителем археологии и с большим энтузиазмом влился в наш клуб. К сожалению, это была не та романтика, на которую надеялись мои родители.

Зовут меня Екатерина Королёва. В детстве дразнили Королевой. Возможно, это наложило отпечаток на детскую психику, и я с самых ранних лет старалась вести себя скромно, но с достоинством и со временем моё поведение стало отстранённым и отпугивало потенциальных кавалеров.

Об этом я размышляла по пути на работу, пытаясь самой себе объяснить отсутствие личной интимной жизни и простых женских радостей в ней. Я сидела на первом сидении автобуса и лениво, по инерции разглядывала всех новых пассажиров, входящих в автобус. В тот день был сильный мороз, больше сорока градусов. Такая погода была необычной для середины марта, даже в наших северных широтах. Все несчастные, вынужденные в такую погоду ехать на работу, были замотаны в шарфы по самые глаза. И вот я ловлю себя на том, что, не отрываясь, смотрю в чьи-то голубые глаза. На владельце голубых глаз была надета черная маска балаклава, полностью скрывающая лицо и большая лохматая шапка ушанка из меха какого-то зверя, возможно, енота. Несмотря на сильные морозы, балаклаву в городе редко носили, в основном это было частью спецодежды, для работающих на улице в особо холодные дни.