Доктор Корнивальд и летучая рыба

Доктор Людвиг Корнивальд в творческом кризисе.

Нельзя сказать, что он обычный критик, например, суровый литературный, модный арт- или дерзкий кинообозреватель. Доктор Корнивальд работает в Канцелярии Всего Сущего, каталогизирующей жизнь во всех ее проявлениях – и пишет рецензии на живых существ, погодные явления, болезни, человеческие эмоции и черти что еще.

На дворе двадцать первый век, но в Канцелярии время остановилось пару столетий назад. Организация была создана на заре расцвета тайных обществ – и с тех пор строгие порядки не подвергались пересмотру. Именно поэтому в эпоху смарт кэжуала, электронных библиотек, гаджетов и «облаков», в ходу у ее немногочисленных сотрудников и сегодня сюртуки, парики, перья и чернила, ну и обязательные красные сургучные печати для деловой корреспонденции и особо важных документов.

Смысл деятельности Канцелярии ведом лишь управляющим, а Людвиг, по сути, обычный менеджер низшего звена. Да, он знает, что работает на тайное общество. Знает, что ему несколько сотен лет. Знает, что пишет рецензии на самые разные явления и предметы по запросу сверху – и ему за это хорошо платят. А больше ему знать не положено. В миру он – Доктор физических наук в известном австрийском институте, одном из лучших провинциальных. Но пару раз в неделю он приходит в малоприметный дом на Виртшафт-штрассе, показывает нетипичной для демократичной Австрии вооруженной охране пропуск, спускается на лифте в раздевалку, облачается в одежды девятнадцатого века – и входит в письменный зал Канцелярии Всего Сущего.

Письменный зал – основное рабочее пространство Канцелярии. Он напоминает лучшие венские библиотеки конца серебряного века – с высокими потолками, мраморными лестницами, украшенными богатыми коврами, и ярусами с бесконечными стеллажами с изобилием книг и документов, обрамленных резными деревянными перилами. И все это – в паре десятков метров под землей. Людвиг нередко думал как тяжело это было построить столетия назад – и пришел к выводу, что без вольных каменщиков тут не обошлось.

В зале царит тишина, нарушаемая лишь скрипом движений перьев по бумаге, да редким шепотом коллег-критиков. Всего тут трудится порядка тридцати человек, у каждого свой рабочий стол с зеленой лампадкой, на котором, к моменту прихода сотрудника уже лежит конверт с красной печатью. Внутри – приказ на написание очередной рецензии. На одну рецензию длиной до семисот слов дается неделя (можно быстрее), не успел – еще два дня, но со штрафом в зарплате, при втором срыве сроков увольняют. Платят тут очень хорошо и все держатся за места – за те пять лет, что Доктор Корнивальд работает в Канцелярии не было ни одного увольнения.