Дочери леса (СИ)

18+ Темное фэнтези

РОМАН АЛЕКСАНДРА СМОЛИНА

ВЕДЬМА

ДОЧЕРИ ЛЕСА

ТОМ I

ПРОЛОГ

Действия книги разворачиваются на границах королевства Белогория в графстве Воронье гнездо, где уже несколько лет продолжаются ожесточенные стычки с соседним королевством Далия, за важнейший стратегический пункт город Рудный. Далийские солдаты с соседних земель постоянно совершают набеги на эту территорию, желая раз и навсегда захватить неисчерпаемые запасы угля в самых больших каменоломнях соседей.

Шел 1212 год. Хмурая осень.

По грязной дороге поскрипывая круглыми цельными колесами ехала телега запряженная гнедой лошадью. Животное плелось, устало передвигая ноги. Сонный мордатый извозчик вез крестьян на рынок и еду в город для обмена на уголь. В ту пору свою деревню как раз отбили белогорцы и установили на границе кордон. Телегу сопровождал патруль стражников в количестве десяти человек. Они шли в белых туниках поверх доспехов с гербами красного солнца на груди, в куполообразных шлемах с наконечниками от стрел на макушках. Их суровые лица украшали светлые бороды, подчеркивающие национальную принадлежность воинов к своей стране.

Только повозке этой не суждено было доехать до места. Из леса, стоявшего по правую руку, тайно-проникшие лазутчики далийского гарнизона, открыли лучный огонь и перебили всех людей сидевших в телеге. Крестьяне стали падать на землю сраженные стрелами как колоски пшеницы, попавшие под косу. Метким выстрелом вражеский лучник пробил стрелой горло извозчика, да так еще метко попал, что аж мясом вырвало, с кровью так — как из-под крана хлынула тому на рубаху. Извозчик схватился за шею рукой и понял, что потерял кадык. Кровь потекла через его пальцы побиваемые дрожью. Захлебнулся извозчик — рухнул под копыта взволнованной лошади заглушаемый криками нападавших. Кобыла протяжно заржала и стала бить копытом.

— Засада!!! — закричали горцы, выхватывая мечи из железных ножен.

Из леса в большом количестве на них выбежали оранжевые далийские мечники вооруженные полуторными саблями заточенными как бритва. Их смуглые лица скрывались за черными платками-масками. На их фоне белки глаз южан казались особенно белыми. Подбадривая себя боевым кличем, они стремительно атаковали обоз.

И разразился бой.

Солдаты бились отчаянно и отважно. Звенела сталь, лилась ручьями кровь. Стали появляться первые убитые. Они лицами падали в грязь колеи и оставались лежать там бездушным прахом, ветер уносил их стоны больше походившие на предсмертные вздохи. Но грянул гром! Неведомая черная сила стала утаскивать далийских лучников сидевших поодаль в лесу в неизвестном направлении и разрывать их на части.

Пронзительные крики великого отчаяния сотрясли окрестность.

И все солдаты остановились в недоумении. На лица их упала тень тревоги, застывая страхом — заставляя зрачки расширяться, а прожилки лопаться.

Из тьмы деревьев вышла старая женщина в лохмотьях. Она была довольно высокой, с растрепанными седыми волосами, желтыми гнилыми зубами, в сером тряпье. В руках старуха сжимала деревянный посох, больше напоминающий клюку. Ее мрачное выражение лица не сулило ничего хорошего.

— Грета! — с ужасом произнес один из солдат Белогории и перекрестился.

Не успели его слова сорваться с уст, как поле боя окутал по кругу черный туман. Из глаз далийских воинов потекла кровь. Они стали падать на колени и в криках хвататься за лица. Она лилась с их ноздрей и ушей, тонкими струями обнимая пальцы. А вскоре глаза их и вовсе вытекли, а из глазниц стали выползать черные жуки.

В воздухе послышался таинственный гул. Под ногами старухи появился расчерченный символами круг. В кругу красовалась звезда с козлиной головой.

Она полыхнула подобно белому пламени и загорелась, не причиняя ведьме вреда.

Прямо из старухи у всех на глазах вышел большой черный рыцарь, в латах, сотрясая землю своими шагами. Вскрикнул кто-то! Попятился...

Из смотровой щели его ведрообразного шлема смотрели красные глаза, а за спиной развивался черный потрепанный плащ. Рыцарь тьмы стал приближаться к воинам, надвигаясь на них как крутая скала. Застыли они... будто замерли в ожидании чего-то плохого. А рыцарь все наступал. Из-под его забрала вылетали клубы пара. В руках он сжимал кистень. На его латах высветились красные надписи на латыни и проступили, оставаясь пылать неразличимым манускриптом.

Вражеские солдаты оцепенели от ужаса.