Дочь моего врага

Церковь Сент-Джон,

Эйр, Шотландия

20 апреля 1307 года

Артура Кемпбелла здесь не было — или по крайней мере считалось, что его здесь нет. Он рассказал королю Роберту, Брюсу о том, что нынче вечером в церкви слышался звон серебра, когда монеты переходили из рук в руки на пути странствия на север в английский гарнизон, расквартированный в замке Ботуэлл. Эта часть его миссии была окончена. Не более чем в пятидесяти ярдах отсюда среди деревьев скрывались люди Брюса, ожидая появления всадников. Артуру не следовало находиться здесь. По правде говоря, он и не должен был быть здесь. Гораздо важнее было сохранить тайну его личности и миссии. Более двух лет Артур притворно демонстрировал верность королю Эдуарду, он пожертвовал слишком многим, чтобы рисковать теперь на основании всего лишь дурного предчувствия. И дело было не только в том, что следовало объяснить англичанам причину своего беспокойства. Если бы его обнаружили люди короля Роберта, они бы сочли его как раз тем, кем он старался казаться, а именно — врагом. Только горстка людей Брюса знала о том, кому в действительности Артур хранит верность. И от этого зависела его жизнь. И все же он был здесь, за церковью, скрытый в тени деревьев на склоне лесистого холма, потому что не мог избавиться от дурного предчувствия, что случится что-то скверное. Он много лет полагался на эти внезапные, до боли острые мгновения прозрения и теперь не мог перестать обращать на них внимания.

Могильный мрак расколол звон церковного колокола. Шел последний час вечерней службы.

Пора.

Артур старался не производить никакого шума, и все его чувства были обострены и настроены на малейшие признаки приближения всадников. Он заранее обследовал все ближайшее пространство и понял, что люди Брюса укрылись на деревьях вдоль дороги, ведущей к церкви. Это обеспечивало им хороший обзор, и они не пропустили бы ничьего приближения и в то же время находились достаточно далеко от дороги, чтобы быстро скрыться, в случае если бы те, кто был в церкви, временно служившей госпиталем для английских солдат, поднялись по тревоге.

По общему признанию, церковь Сент-Джон не была идеальным местом, которое могло бы выдержать нападение. Находившиеся внутри раненые английские солдаты не представляли особую угрозу, а солдаты гарнизона, расквартированного в полумиле от замка Эйр, могли дать передышку людям Брюса, поскольку стояли в некоторой отдаленности от этого места.

Людям Брюса следовало действовать с осторожностью и умом. Артур знал о том, что в церкви кое-какие серебряные монеты перешли из рук в руки, но их дальнейший путь не был известен.

Серебро — его было не меньше пятидесяти фунтов — предназначалось в качестве платы солдатам английского гарнизона замка Ботуэлл, но на деле должно было обеспечить покупку съестных припасов для четырехсот воинов Брюса, скрывающихся в лесах Галлоуэя уже долгие месяцы. И, более того, захват этих денег означал не только благо для Брюса, но и его удар по англичанам, а эти внезапные рейды и были рассчитаны на деморализацию противника.

Стремительные яростные атаки были нацелены на то; чтобы держать врага в постоянном напряжении, на прорыв коммуникаций, сведение на нет численных преимуществ англичан, как и их превосходства в количестве оружия и доспехов, но превыше всего на то, чтобы наполнить ужасом их сердца. Иными словами, они предполагали сражаться точно так, как сражались всегда, а именно — как подобает горцам.

И это действовало. Трусливые англичане не любили передвигаться маленькими группами, не находясь под защитой армии, но Брюс и его люди доставляли им столько хлопот, что враг был вынужден прибегать к особой тактике, хитрить и тайно переправлять деньги, пользуясь услугами курьеров или священников.

Внезапно Артур замер. Хотя не было слышно ни звука, он почувствовал чье-то приближение. Взгляд его метнулся к дороге: он вглядывался в темноту, стараясь увидеть все, что могло быть и впереди, и сзади. Ничего. Ни малейших признаков приближения конных солдат. Однако волосы у него на затылке зашевелились, и все его инстинкты убеждали его в обратном.

И тут до его слуха донесся звук. Тихое, но безошибочно слышное потрескивание сучьев и шелест листьев под ногами за его спиной.

Они сзади!

Артур выругался.

Курьеры должны были двигаться по тропинке со стороны морского побережья, а не по дороге, ведущей от деревни. Люди Брюса напали бы на них ближе к церкви.

Артур напряг слух. Услышал шаги двух человек. Легкие шаги одного и потяжелее другого.

Хрустнула ветка, другая. Они приближались.

Минутой позже в поле зрения на тропинке внизу появилась первая из двух закутанных в плащи фигур. Высокий и плотный человек ступал по извилистой тропе тяжело, раздвигая ветви для солдата, следовавшего за ним. Когда он проходил мимо, Артур сумел разглядеть блеск стали и пеструю безрукавку под тяжелыми складками шерстяного плаща. Рыцарь.

Да, конечно, это были курьеры.