Дочь генерала

Эта книга — о загадочном убийстве, которое произошло в расположении воинской части.

Это рассказ об уникальнейшей субкультуре, которую представляет армия, о воинском распорядке, о женщинах, служащих в армии, и о том, как все эти элементы сходятся в жаркую, душную пору на растревоженной военной базе в штате Джорджия.

Все ветви вооруженных сил США: сухопутные войска, флот, военно-воздушные силы, морская пехота, береговая охрана — действуют на основе Унифицированного военного кодекса, который, в свою очередь, базируется на американской конституции. Однако парадокс в том, что мужчины и женщины, надевшие военную форму и присягнувшие защищать конституцию, не пользуются всеми правами и свободами, которые они призваны защищать. Военное право оперирует такими понятиями, которые почти не встречаются в гражданском праве, — воинский долг, честь, верность присяге. Таким образом, военное право — это больше, чем право. Оно устанавливает такой юридический, социальный, профессиональный и даже психологический порядок, который распространяется на всех служащих вооруженных сил от рядового до генерала.

Роман «Дочь генерала» начинается с убийства и изнасилования, и мы с самого начала видим, что это не только преступление против личности и общества, но и против армии Соединенных Штатов, дисциплины и нормального распорядка, вызов понятиям долга и военному афоризму «Все братишки — молодцы, а сестренки — девушки». Убийство женщины-офицера — как запальный шнур. Взрыв потряс армию до основания.

Я написал этот роман после войны в Персидском заливе в январе — феврале 1991 года. Помимо всего прочего, меня поразила роль, которую сыграли в той войне женщины, и вообще их растущая роль в армии. Меня неприятно поразило, что эта война освещалась средствами массовой информации не так, как та, моя, война. Надо ли говорить, что наши военные выглядели в Персидском заливе лучше, чем во Вьетнаме. Причин тому множество, я не буду в них вдаваться, но одна из них очевидна: наличие женщин в вооруженных силах.

Вольно или невольно военные поставили в тупик журналистов, которым не терпелось показать бестолковщину в правительстве и бездарность военного руководства. Но обстоятельства сложились по-иному. Военные оказались в авангарде прогрессивного по своим целям движения за равноправие женщин.

СМИ персонифицировали войну в Персидском заливе бесконечными интервью с женщинами, выполняющими мужскую работу. Они задали тон позитивному освещению событий вообще.

Разумеется, многие мужчины — пехотинцы, моряки и летчики чувствовали себя обойденными, а ветераны моего поколения ущемленными. Мы обижались на несправедливость, доходящую до презрения.

Как бы то ни было, результатом была «хорошая война» в отличие от той, «грязной войны».

Если говорить о «грязной войне», то я служил в армии Соединенных Штатов с апреля 1966 года по апрель 1969-го. За это время я прошел общий курс боевой подготовки в Форт-Гордоне, штат Джорджия, затем учился на пехотных курсах в Форт-Диксе, штат Нью-Джерси, и в пехотном училище для младшего командного состава в Форт-Беннинге, штат Джорджия. Там я пару месяцев натаскивал новобранцев, после чего был переведен на курсы по боевым действиям в тропиках в Форт-Галика в зоне Панамского канала и, наконец, отправлен во Вьетнам, где командовал пехотным взводом в составе Первой стрелково-моторизованной дивизии.

Можете представить, что за три года службы в армии я накопил немалый опыт мужской агрессивности, выносливости и удальства. В то же время с женским персоналом я почти не общался. Собственно, во времена Вьетнама в вооруженных силах служило меньше женщин, чем во Второй мировой войне.

Строго говоря, в зоне боевых действий вообще не было женщин, кроме медсестер и девчонок-добровольцев из Красного Креста, которые на грубом мужицком языке назывались куклами-давалками. Так или иначе, во Вьетнаме наши женщины выступали в традиционной роли — ходили за больными и ранеными и не представляли особой угрозы для мужчин.

Вернувшись в Штаты в 1969 году, я уже видел женщин-офицеров на штабных должностях, которые прежде занимали только мужчины. Эксперимент дал смешанные результаты. Феминистское движение в Америке только начиналось, и военные почти не испытывали на себе его давления.

И тем не менее армия предвосхитила социально-политические движения, направленные на достижение половой интеграции, точно так же как опередила страну в деле расовой интеграции, когда в 1949 году президентским указом была отменена расовая дискриминация.