Добротолюбие, том 2

Родители Св. Иоанна, место рождения и предшествовавшие вступлению его в Синайскую обитель обстоятельства неизвестны. Из его творений видно, что он получил хорошее образование; но влечение к сопребыванию с Богом понудило его оставить мiр, и славу его и уединиться в обитель Синайскую, славившуюся тогда мудрыми Отцами. Вступил он в нее 16-ти лет, и вдал себя в научение и руководство старцу Мартирию, который через 4 года, на 20-м году его жизни, постриг его в иноческий образ. Послушание его старцу было так велико, что, казалось, совсем не имел он своей воли; в отношении же к братиям он держал себя просто и смиренно, никакого ни пред кем не выказывая преимущества.

Прожив со старцем своим 19 лет, Св. Иоанн осиротел от него, и по смерти его, стал жить один, избрав для сего уединенное место, Фола именуемое, отстоявшее от обители на 5 стадий. Здесь прожил он 40 лет. Жизнь его в уединении текла мирно, в строгом подвижничестве, которое он однако умел скрывать, не выдаваясь ничем особенным. Каждую субботу и воскресенье приходил он в обитель, чтоб в храме слушать Богослужение, — приобщиться Св. Христовых Таин, и потом побеседовать со св. Отцами и проверить их указаниями свое состояние. При таких беседах, в собрании, нередко говаривал и Св. Иоанн и как естественно, речь его не могла не иметь преимущества пред другими. Смиренных это радовало; а некоторые неискусные стали подозревать мудрого беседовника в тщеславии, и не умели скрыть такого подозрения. Тогда Св. Иоанн, чтобы не соблазнять немощных, наложил на себя совершенное молчание, которое строго держал целый год; и разрешил его уже, по усердному молению тех самых, которые принудили его к осуждению себя на такой подвиг.

По сорокалетнем житии в безмолвии, Св. Иоанн, общим желанием всех братий, избран был в игумены обители Синайской. Но поуправляв сею паствою духовною четыре года, он опять возвратился в свое уединение, не за долго до своей смерти, которая последовала на 80-м году его жизни, в 563-м году.

По просьбе игумена Раифского, соименного себе, Св. Иоанн написал лествицу духовную, в которой в 30 словах изображает степени восхождения к совершенству в духе. К Лествице присовокупил он и слово к Пастырю, в коем излагает обязанности духовного пастыря.

Из 30 слов Лествицы делаем выборку, под следующими заглавиями:

Общие начала подвижничества.

О Покаянии.

О добродетелях и страстях, и о борьбе с последними вообще.

О борьбе в восьмью главными страстями: а) чревоугодием, б) блудом, в) сребролюбием, г) гневом, д) печалью, е) унынием, ж) тщеславием, з) гордостью.

О бесстрастии.

1. Бог есть жизнь и спасение для всех, одаренных свободною волею.

2. Богу себя посвятивший, будучи облечен в вещественное и бренное тело, подражает жизни и состоянию бесплотных, — держится одних только Божиих словес и заповедей, во всяком времени, месте и деле, — всегда неослабно хранит свои чувства и творит насилие или осуждение естеству своему, — всегда помышляет о смерти, скорбя и болезнуя душой, — отвращается от вещественных благ, похваляемых мiром, для получения благ премiрных.

3. Все усердно оставившие житейское, без сомнения, сделали это или будущего ради Царствия, или по множеству грехов своих, или из любви к Богу. Если же они не имели ни одного из сих намерений, то удаление их из мiра было неразумно. Впрочем добрый наш Подвигоположник ожидает, каков будет конец их течения.

4. Когда хотим выйти из Египта и бежать от Фараона, то и мы имеем нужду в некоем Моисее, т. е. ходатае к Богу и по Богу, который, стоя посреди деяния и ведения, воздевал бы за нас руки к Богу, чтобы наставляемые им перешли мы море грехов и победили Амалика страстей.

5. Для всех покусившихся с телом взойти на небо, по истине потребно самонасилие (нуждение себя) и непрестанное самоозлобление (произвольные лишения), — особенно в самом начале отречения, доколе сластолюбивый наш нрав не очистится и бесчувственное сердце не согреется любовью к Богу. Ибо труд, поистине труд и великое сокровенное болезнование неизбежны в сем подвиге, доколе ум наш, сей яростный и сластолюбивый пес, не сделается целомудренным и любительным. — Впрочем, страстные и немощестующие! — будем благодушны. Исповедуем Христу Господу немощь свою, представляя ее Ему несомненной верою, как десною рукой, — и непременно получим помощь Его, — даже сверх нашего достоинства, если только всегда будем низводить себя в глубину смиренномудрия.

6. Приходящие к сему подвигу должны всего отвергнуться, все презреть, всему посмеяться, все отрясти, чтобы положить твердое основание. Хорошо следующее трехстолпное основание: незлобие, пост и целомудрие.