Дневник Самоубийцы

Публикую здесь предсмертную рукопись Марины N, публикую, сократив за счет длиннот и повторов втрое. Рукопись меня поразила, ошарашила, лишила чего-то. Но более всего я страдал, читая, от небрежности автора рукописи. Ну, нельзя писать со скоростью 120 знаков в секунду, тем более, если пишешь последнее. Хотя, думаю, она и умерла, потому что жила на бегу, жила не редактируя себя и свое тело, не перечитывая, не проставляя запятых и точек. Наверное, эти точки, запятые, простое перечитывание себя, как-то останавливают время, обрезают его страшные петли…

Что ж… Она была никому не нужна, многие из нас не нужны и потому скоро умрем. Но она жила, я жив пока. Пока — потому петля уже на шее, я посматриваю на нее, и она не кажется мне такой уж неестественной.

Фамилии и место жительства Марины изменены. Разрешение Марины на публикацию рукописи можно найти в ее тексте.

Итак, пройдемся с ней до конца.

Человек, не мечтающий о "Мерседесе"

("Бентли", "Феррари", "Жигулях"),

не вкалывающий с утра до вечера,

чтобы приобрести ВЕЩЬ, нежизнеспособен.

Жан-Поль Сартр.

Alfonsina y el mar

(Альфонсина и море)

На мягком песке, омываемом морем,

Ее маленький след не возвращается,

Путь лишь из боли и молчания

Идет в глубину воды,

Путь, полный немой боли, достиг морской пены.

Ты уходишь, Альфонсина, вместе со своим одиночеством,

Какие новые стихи ты отправилась искать?

Древний голос ветра и песка

Встревожил твою душу и привел тебя сюда,

И ты уходишь туда, как во сне,

Спящая Альфонсина, накрытая морем.

Ариэль Рамирес, Феликс Луна,

Автор перевода — Мария Олексенко.

"Я думаю, не сон ли то, чем я сейчас живу. Я думаю, не проснусь ли я через мгновение.

Я думаю, не буду ли я брошена в жизнь, как это случалось до того, как я тебя полюбила.

Я думаю о том, не заставишь ли ты меня снова блуждать от души к душе, в напрасных поисках тебя"

Альфонсина Сторни

— аргентинская поэтесса, одна из наиболее значимых фигур латиноамериканского модернизма и феминизма.

В 1937 году друг Альфонсины Сторни поэт Орасио Кирога покончил с собой. Это событие, а также обнаруженный у поэтессы рак груди, подвигли её на написание своего последнего стихотворения "Voy a dormir" (Пойду я спать), отправленного ею в октябре 1938 года в редакцию газеты La Naci;n. Около часа ночи во вторник, 25 октября, Альфонсина Сторни покинула свою комнату и направилась в сторону бухты La Perla в Мар-дель-Плата. Тем же утром двое рабочих обнаружили тело поэтессы на берегу. Вопреки утверждениям биографов Сторни, что она бросилась в море с утёса, до сих пор бытует легенда, что Альфонсина медленно входила в море, пока не утонула.

(Эпиграфы подобраны РБ).

Марина N.

НА КРАЮ.

1 июня 2012 года.

В какой-то момент я поняла, что ответ на все вопросы кроется в смерти.

Я почувствовала: расставание с телом и перерождение — это следующий этап моего Путешествия по мирозданию. Но как обрести ее, свою смерть?

Родители рассказывали, что в детстве я дико кричала ночью, кричала и задыхалась. Они не могли меня успокоить, а наутро я ничего уже не помнила, хотя в жизни мне часто казалось, что я задыхаюсь и умираю. Дышу, а воздух не мой, не для моих легких, — и я как рыба на песке. Все работают, учатся, разговаривают, а я не могу, потому что я — пришлая, я — из другого мира…

Поняв потом, что Смерть это дверь туда, где хорошо, я хотела утопиться в море, ведь утопление похоже на то, что я, задыхаясь, ощущала. И еще я — Марина, значит Морская…

В 30 лет, в первой половине 2012 года я внезапно почувствовала, что готова. Кем я была к этому времени, чего достигла?

…Я родилась в подмосковном городе, окруженном парками да карьерами завода, на котором работали мои родители и бабушка (папина мама). Родителям со мной было непросто — я взбалмошная, строптивая, наверное, потому, что все вопросы мне приходилось решать самой. Я благодарна своим родителям — они дали мне все, что могли дать, а свободы — с излишком, не будь этого лишка, может, жизнь моя пошла по-другому. Они любили застолья с родственниками и друзьями, дядя Сережа с мамой заводили песни, все шутили, рассказывали истории, ели, выпивали, спорили, ругались, мирились и танцевали. Всегда было шумно, у нас шумное семейство, всегда слышное издалека. И я такая же — всегда стремилась жить громко и широко…