Дикий инстинкт

Милена

У моего отца есть отвратительная привычка навязывать мне свое мнение. И никак не объяснить, что я – самостоятельная личность. Мне уже давно не пятнадцать. Да что там… Мне двадцать два года. Но папочке кажется, что я еще обязана носить розовые бантики и спать в обнимку с плюшевым пони.

Никаких мужчин. Никаких романов, флирта. И каждое воскресение обязательное посещение церкви.

Я – тепличное экзотическое растение, которое охраняют как алмаз века. Как самую главную драгоценность.

Вот только мне осточертело драгоценностью быть. Сколько можно терпеть родительский контроль? В последнее время я спрашиваю себя об этом постоянно. Моя бунтарская натура рвется на волю.

Поэтому я сказала себе, что сегодня – последняя уступка отцу.

Да, именно так!

Я никогда себя не ощущала религиозной. Поэтому посещение церкви всегда для меня было сродни спектаклю. Конечно, я не осмеливалась отцу об этом говорить.

Мой отец – серьезный человек, начинавший свой бизнес в лихие 90-е в России. Его отец поляк, мать – русская. Родился и вырос отец в Волгограде. В переходный для этой страны период он через многое прошел и нахлебался так, что и слышать про родину не хочет. Осел в Варшаве, обустроился, развил автомобильный бизнес, насколько я знаю, с нуля. Очень расстраивается, что нет у него сына, чтобы передать свое дело. Папочке ясно, что на меня надежды никакой. Да, это правда. Я не создана для бизнеса, и вообще у нас с отцом все хуже с каждым годом отношения.

Мы совершенно не понимаем друг друга. Все окончательно пошло под откос год назад – когда отец нашел себе «невесту».

Сучка и прошмандовка – вот как сразу нарекла ее моя бабушка.

Алкоголичка и врушка – добавила я.

С бабулей у нас полная солидарность.

Мама умерла, когда мне было пять лет. Отец не слишком допускал бабушку к моему воспитанию. Стабильными были только летние каникулы, в небольшом симпатичном городке Казимеж-Дольны, на берегу Вислы.

Когда-то этот город был важным центром торговли зерном, как рассказывала мне бабушка. Летом приезжает много туристов. Мне никогда не было там скучно. Наоборот, я хотела жить там постоянно, вот только отец не позволял.

Я давно не ребенок, но обязательно приезжаю к бабуле хоть на пару недель.

Вот как сейчас.

Появление здесь отца было неприятным сюрпризом. Особенно потому что произошло наутро после вечеринки. На которой меня сфотографировали… ну, скажем так, в не слишком приличном виде. Подумаешь! Танцевала на столе, ну чуть трусики видны. Ну поцеловалось с подругой детства, Агнешкой… Так все на радостях от встречи.

Но гадские журналисты кинули это фото в желтую газетенку, и папа вскипел. Прилетел наутро, и полились нескончаемые лекции.

– Ты должна вести себя подобающе, должна думать об учебе! – бушует отец.

Между прочим, я можно сказать лучшая ученица в своем универе, хотя мне не особенно интересны финансы. Но папа никогда не хвалит меня, это не в его привычках.

И в довершении нотаций контрольный выстрел в голову:

– Завтра воскресенье. Надеюсь у тебя есть белая блузка и длинная черная юбка?

– В смысле? Конечно нет, пап, кто берет такие вещи на отдых?

– Это очень плохо! Ты забыла о том, что мы посещаем церковь раз в неделю? – злится Анзельм Вишневский.

Если быть откровенной, я уже полгода ни ногой в это заведение. С тех пор как съехала от отца. Да, он был жутко недоволен моими планами на самостоятельную жизнь. Поначалу лишил кредиток, машины. Надеялся, что это заставит меня передумать… Но мы плохо ладим с его невестой, и только в желании жить в разных местах наши предпочтения совпадают. Поэтому, когда насели обе на папаню, он сдался. Позволил мне найти квартиру и съехать.

Боже, может я и мужика найти себе смогу.

Я вообще-то симпатичная. Но начиная со старших классов школы, когда впервые задумалась о парнях, отец с маниакальным упорством их от меня отгонял. Запугал всех… И в универе тоже.

Вот теперь надежда на летние каникулы у бабули… Или на работу, я уже почти устроилась в небольшую бухгалтерскую фирму, остались формальности. Но это с осени. А пока отдых и полный расслабон!

Я хочу познакомиться с мужчиной! Хочу поцеловаться, впервые ощутить, что это такое… Устала слушать рассказы Агнешки и завидовать.

Вот только в клубе не срослось, увы. Мы так увлеклись танцами и игрой в лесби-пару, что похоже распугали всех потенциальных кавалеров.

– Надо быть проще, – учит меня Агнешка. – Мужики боятся самодостаточных баб. А тем более – агрессивных.

– А я что, агрессивная?

– Нет конечно. Но ты умеешь за себя постоять. Это неудивительно, ведь отец тебя растил. Женского примера перед глазами не было.

– Это верно, – вздыхаю.

– Ну ничего, научишься.

Ну вот, можно сказать первый урок в ночном клубе прошел неудачно. Напилась, танцы на столе, фото… папочкина лекция, и в довершении ко всему – исповедь в ближайшей церкви Святой Анны…

Отец никогда не отступает от намеченного – утром на стуле обнаруживаю новехонькую белую блузку и длинную черную юбку. Ненавижу классическую одежду! Более всего мне близок спортивный стиль, но увы…