Дикие псы

Над площадью повисла непривычная тишина. Урчали неподалеку двигатели машин, слышались людские голоса, но в сравнении с обычным дневным шумом, когда приходится едва ли не кричать, чтобы быть услышанным, даже такое относительное затишье вызывало чувство тревоги. Все подъезды к Пушкинской площади перекрывали армейские болотно-зеленые грузовики и ярко-красные, как детские леденцы, пожарные «ЗИЛы». Перед машинами «вросло в асфальт» кольцо оцепления, состоящее из солдат и милиции. Все в бронежилетах и при оружии. Гаишники старательно направляли потоки машин по боковым улочкам, отвечая на недоуменные расспросы любопытных невнятным пожатием плеч. Даже самые словоохотливые отделывались общими фразами, вроде: «Нам не докладывают». На углу Тверской и Бульварного кольца, сразу у магазина «Армения», замерли два милицейских «жигуля». За ними припарковался «ЗИЛ-130» без опознавательной аббревиатуры на дверцах. Между «Жигулями» и «ЗИЛом» толпились солдаты — десяток парней в черной форме и бронежилетах, несколько армейских офицеров, группа людей в штатском и пяток чинов от МВД. Армейский капитан, коротко стриженный, рыжеусый, с широкими плечами и точеной фигурой балетного танцора, придерживая висящий на плече «АКМСУ», поглядывал в сторону «Макдоналдса» и переговаривался с милицейским полковником.

— Сколько их там? — спрашивал капитан, не поворачивая головы.

— Трое или четверо. Сейчас уточняем. Все вооружены.

— Есть у кого уточнять?

— По предварительным данным, бандиты, засевшие в ресторане, — «банкиры». — Майор многозначительно шевельнул бровями. — Слыхали, наверное? В газетах про них много писали в последние дни.

— Читал, — кивнул капитан. — Попадалось что-то такое.

— Так вот, их «накрыли» во время очередного дела. Попытались задержать, и вот… — Он двинул подбородком в сторону «Жигулей», стоящих поперек выезда со стоянки. — Стрельбу устроили. Наших ранили. Один в тяжелом состоянии. Плюс застрелили нескольких гражданских. Не то троих, не то четверых.

— Куча подвигов, одним словом. М-да, серьезная публика. — Капитан оглядел пустынную площадь. — Раз началась стрельба, дело — швах. Если мы возьмем их живыми, кое-кому «вышак» обломится, а остальным лет по десять гарантировано. Так что молодцам этим есть из-за чего нервничать. — Капитан подумал, осмысливая ситуацию, затем поинтересовался: — Кстати, переговоры наладить пробовали?

— Конечно. Безрезультатно. Они не идут на контакт.

— И требований никаких не выдвинули?

— Да требования-то выдвинули, — презрительно усмехнулся полковник. — Все как обычно. Деньги. Машина до аэропорта. Самолет. Воздушный коридор за границу.

— Ясно. Заложники внутри здания остались?

— Это же «Макдоналдс», будь он неладен, — вздохнул тот.

— И много?

— От ста пятидесяти до двухсот человек. Плюс обслуга.

— М-да, — хмыкнул капитан. — А что насчет оружия?

— Сейчас наши специалисты изучают видеозапись с последнего места происшествия, но автоматического оружия у них, судя по всему, нет. Только пистолеты.

— Это хорошо, — задумчиво пробормотал капитан. — Это замечательно.

— Вы сможете их взять? — задал беспокоивший его вопрос полковник.

— Да смочь-то сможем, конечно, — подтвердил спецназовец. — Дом жилой. Через квартиру второго этажа выйдем на крышу ресторана, спустимся на тросах — и в окна. А там — огонь на подавление. Только вот без предварительной рекогносцировки сложно. Потерь может быть много. Среди заложников, я имею в виду.

— Это неприемлемо, — категорично ответил полковник.

— Так ведь и я о том же. — Капитан снова посмотрел в сторону ресторана. — Остается одно: тянуть время. Вести переговоры. Можно попробовать всякие обычные штуки. Снотворное в спиртное, прочие фокусы. Они просят спиртное или наркотики?

— Да ничего они не просят, — поморщился полковник. — В том-то и дело. Запасов провианта у них там — от пуза, целой роте на неделю. А остальное, судя по всему, им без надобности.

— Понятно. Тогда так… — Капитан оглянулся на парней в черном. — Нам нужна видеокамера скрытого наблюдения и монитор. Бухта кабеля для всего этого хозяйства, конечно. Телевизионщикам помешать мы вряд ли сможем. Начнуть орать про свободу прессы и все такое. Так что, если появятся, пусть снимают. Только слишком близко их не подпускайте. А то еще на пулю шальную нарвутся — с нас же потом головы снимут.

— Хорошо. Постараемся.