Дикая Ночь

1

– Пи*дец! – громко выругался Иннокентий Павлович, ударив по баранке. Уже два часа он ехал по пустой проселочной дороге, на которой не было ни одного поворота. Хрен знает, куда он свернул. Блядский навигатор сел, а зарядное устройство не работало, и ему пришлось ехать по памяти. Минут двадцать назад было ясно, что надо развернуться и ехать обратно, в сторону шоссе, но на огромной фуре сделать это не так-то просто, и Иннокентий ехал, ехал и ещё раз ехал, понимая, что скоро начнется дождь, а дворники работали совсем слабо, будто из последних сил.

– Ну заебись, – пробормотал Иннокентий, потянув голову поближе к рулю и глядя вверх, где серые тучи, гонимые ветром, быстро сгущались. По лобовому стеклу начали стекать первые капли, затем их стало больше, пока не начался полноценный дождь. Иннокентий Павлович сбавил скорость, вялые дворники медленно счищали воду с стекла. Извилистая дорога все ещё вела его через густой лес, не обещая впереди ничего хорошего. Ещё Иннокентий корил себя за то, что вовремя не сообразил, что едет не туда и не сдал задним ходом обратно. Так у него хотя бы были шансы вернуться на трассу, пускай это и заняло бы некоторое время. Но сейчас уже поздно об этом думать, нужно было искать перекресток и развернуться.

Дождь стремительно усиливался, начался град, видимость была почти на нуле, и Иннокентий включил правый поворотник и медленно свернул на обочину, где поставил фуру на стояночный тормоз. При такой видимости дальше ехать было бессмысленно и опасно. Когда двигатель «DAF’а» застыл в нерабочем молчании, а единственный звук вокруг был барабанящий по стеклам и кузову дождь, Иннокентий, зевая, потянулся, раскинув руки в стороны. «Ладно» – подумал Иннокентий, мол, хрен с непогодой – один хер глаза закрывались уже. А не спал он с трех утра, ибо совсем сбил режим с такой работой. «Так» – начал рассуждать Иннокентий, «если сейчас пять часов вечера, то спать я буду… хм… где-то до часу – трех ночи». Благо, в современных фурах, на одной из которых работал Иннокентий, пространство за креслами было оборудовано под добротный отдых в дороге.

Сквозь стекающие по стеклу капли Иннокентий смотрел на окружавший его лес. Густая растительность тянулась на многие километры вокруг, а какая в ней обитала живность оставалось только догадываться. Маршрут впереди, похоже, напрочь был лишен траффика, поскольку за пару часов езды по незнакомой дороге Иннокентий не встретил ни одной машины. Нервозно мотая головой и облизывая губы, он даже невольно подумал, что впереди может быть расположен старый советский моногород или какое-нибудь иное заброшенное учреждение, может даже, военный объект какой-то – уж слишком отстраненным казался ему маршрут, да и что ещё могло прятаться вглубь труднопроходимых лесов. Ох уж это советское наследство с её пресловутым прошлым. Вот ты едешь по трассе, но тут бац, сворачиваешь на заброшенную коммунистами жуткую дорогу, ведущую в самую задницу жуткого леса. Убедившись, что двери надежно заперты и стараясь не думать, в каком он оказался положении и месте, Иннокентий быстро заснул под барабанящий дождь.

Иннокентий сладко спал, веря во сне, что спит где-нибудь в приличном придорожном мотеле – так он романтизировал свои путешествия – по факту стандартные рейсы от Архангельска до Питера. Внезапный стук превратил картину сна в кромешную темень. Павлыч не проснулся, но находился в состоянии полусна, когда мозг изо всех сил пытается расслабиться и найти компромисс со своим разволновавшимся хозяином. Через несколько секунд стук повторился. Звук был такой, словно били чем-то твердым по кузову. В какой-то момент вспомнив, где он находится, Иннокентий моментально открыл глаза и застыл на месте, ожидая повторения стука. Несколько секунд тишины под барабанящий дождь на улице. «Что ж, раз показалось», – подумал Иннокентий, – «то продолжаем боковую». И стоило ему только закрыть глаза, как стук повторился вновь. Кто это может быть? Может, фуру грабят? Пытаются, может, хозяина на улицу приманить и угнать груз? Нет, совсем на то не похоже. Но тогда что же это? Мысли Иннокентия плыли куда-то в страшные предположения о дорожном ограблении или чем-то вроде того. Через короткое время стук опять повторился.