Дикарь для недотроги

Юля

Из спальни доносились скрип кровати, женские охи-вздохи – и снова тишина. Тщетные надежды, что это происходит не со мной и не в моей квартире, испарились, когда прозвучал короткий тягучий мужской стон. До боли знакомый стон. Я слышала его почти каждую ночь в начале нашего с мужем брака. Меня охватил ступор. Я не могла даже заплакать. Сердце колотилось как бешеное, словно готово было вот-вот выпрыгнуть из груди, но я по-прежнему была не способна произнести ни звука. И только когда раздались шаги по тщательно выбранному мной линолеуму, ступор прошел. На пороге показался мой неверный благоверный.

– Юля, – глаза у мужа расширились и забегали, но наткнулись на красный бюст в моей руке, брезгливо схваченный указательным пальцем, – это не то, что ты думаешь.

– Банально, – ответила ему, не желая слушать жалкие оправдания предателя.

– Я всё могу объяснить, – кинулся ко мне, протягивая руки ладонями вверх.

– Милый, – донеслось из спальни, – презервативы закончились, прихвати еще, твоя кошечка не насытилась.

От этого приторного голоса у меня заныло между ребрами. Я оттолкнула мужчину и вбежала в спальню, желая подтвердить свои догадки.

– И это твои вечерние совещания? – указала пальцем на обнаженную девицу в своей постели.

Не зря голос показался мне знакомым. Секретарша директора компании, в которой работал Игорь, изначально тревожила меня, особенно когда он регулярно стал по вечерам созваниваться с ней якобы по работе. И вот до чего довели моя робость и нежелание создавать конфликты в наших и без того сложных отношениях. К измене, перечеркнувшей год законного брака. И это не считая двух лет до него.

– Малыш, это вышло случайно, – Игорь все пытался выкрутиться, подбежал и прикрыл своей спиной голое тело любовницы на простынях. На моих любимых, между прочим, простынях.

– Ага, четыре раза случайно, – раздалось по-женски ехидно и лицемерно с постели.

– Замолчи! – вдруг муж рассвирепел и резко повернулся к сексуальной красотке.

И пока он не опомнился, я быстро, не давая себе времени передумать, выбежала вон из квартиры. Неслась вперед, не разбирая дороги и никак не могла сдержать слезы боли и отчаяния, размазывая их по лицу. Тряпка! Даже скандал устроить не смогла. Била себя по щекам, ненавидя за мягкотелость. Даже брака своего из-за этого лишилась. Я лихорадочно всхлипывала и бежала в никуда, совершенно не глядя по сторонам. И тут мир перевернулся. Раздался визг шин, крики, чужие бранные слова – и всё это пронеслось, казалось, мимо меня. Бок прострелило болью, но душевная агония пересиливала любую боль физическую. Я продолжала плакать до истерики и звона в ушах, с силой тянула волосы, желая вырвать их с мясом. Завывая будто раненая волчица, я не обращала внимания на то, что происходило вокруг.

– Дура, куда ты прешь! – чужие крики доносились до меня как в тумане, мне было совершенно не до них.

Игнат

Выбивать стоны из этой шлюхи, насаживая ее горло до упора, было даже приятно. Зажал ее волосы в кулак, почти выдергивая скальп, содрогнулся и оттолкнул ее от себя. Достал бумажник, вынул несколько купюр и бросил их на пол.

– Бери деньги и проваливай, – застегнул брюки и закурил, наслаждаясь никотином.

Это превратилось в зависимость – желание покурить после разрядки.

– Тебе понравилось? – губы потаскухи припухли, помада размазалась по лицу, сразу видно, что девчонку только что использовали.

– Нет, – не соврал и не слукавил, ожидание оказалось слаще, чем победа.

Повелась на меня легко, а строила из себя недоступную сучку. Все они такие, падкие на деньги и роскошь, и стоит лишь поманить их толстым кошельком, как волшебным образом их ноги раздвигаются, приглашая поставить на себе клеймо.

Полчаса спустя садился в машину, расслабленный и отдохнувший.

– В “Звезду” гони, Миха, – развалился сзади и потер виски, снова вернулась головная боль. – Сегодня отдыхаем.

– Что с Соловьевым делать будем, Игнат? – повернулся ко мне Влад. – Мужик зарывается, на нашей территории дурь толкать начал.

– Я тебя для чего возле себя держу? – саркастично спросил. – Для того, чтобы ты спрашивал у меня, что делать? Не щегол, знаешь, что с такими мразями делать.

– Понял, – быстро ответил правая рука и по совместительству лучший друг.

Не зря держу его возле себя, понятливый он у меня, а других не держим.

– Черт, – Миха выругался и резко нажал на педаль тормоза.

Раздался визг шин, затем стук машины и тишина.

– Ска, – чертыхнулся спереди Влад, глядя на огромное пятно, расплывающееся на его брюках, – долбаный кофе.

Я промолчал, хотя желание зарычать матом было огромное. Но завороженно смотрел через лобовое стекло. Девка, которая бросилась под тачку, была аппетитной. Такую я бы «потанцевал». Как зверь, капая слюнями, исходил на почти оголившуюся грудь. Блузка от падения порвалась, давая мне обзор на ее полушария. Твердая троечка, как раз в моем вкусе.

– “Звезда” отменяется, – сглотнул, представляя сегодняшнюю ночь. – Берите эту кралю и везите нас в загородный дом.