Джентльмены-мошенники

© Д. Андреева, Е. Валкина, Н. Гайдаш, Ю. Клименова, И. Мокин, В. Сергеева, перевод на русский язык, 2016

© Н. Гайдаш, составление сборника, 2016

© А. Борисенко, предисловие, 2016

© А. Бондаренко, художественное оформление, макет, 2016

© ООО “Издательство АСТ”, 2016

Издательство CORPUS ®

Рассказы, собранные в этом томе, относятся к весьма любопытному викторианскому изобретению – плутовскому детективу. Любопытно в нем то, что плутовской роман, или пикареска, – жанр весьма почтенный, достигший своего расцвета задолго до того, как появился первый детективный рассказ. (Правда, исследователи любят находить корни обоих жанров в античности, но все-таки считается, что начало современному детективу положил Эдгар По в 1841 году, опубликовав рассказ “Убийство на улице Морг”, где преступление разгадывает эксцентричный французский интеллектуал Огюст Дюпен.)

Более того, первые “криминальные” повествования велись от лица воров и убийц, заставляя слушателя сопереживать их тяжелому детству и злой судьбе. В Англии издавался так называемый “Ньюгейтский календарь”, который продавали в дни казней у ворот Ньюгейтской тюрьмы. Сначала это был просто список казненных, составленный надзирателем, но потом он стал дополняться детскими воспоминаниями заключенных, их последними словами, письмами, рисунками и так далее. От этих календарей пошли чрезвычайно популярные “ньюгейтские романы”, рассказывающие истории жизни преступников. И только позже, с появлением полиции, в литературе обосновался сыщик, а с ним вместе – и детектив в том виде, в каком мы его знаем и любим.

В конце XIX века главным законодателем детективной моды в Англии стал сэр Артур Конан Дойл. Шерлок Холмс так быстро и так прочно вошел в жизнь читателей, что другие авторы детектива не могли не оглядываться на Великого сыщика: они вынуждены были искать новые пути, чтобы не прослыть подражателями, и в то же время не могли слишком далеко уйти от золотой формулы успеха, которую вывел мэтр. Появился “научный” детектив, где развивалась тема всякого рода точных методов расследования, “железнодорожный” детектив, где преступления совершались исключительно в поездах; появились эксцентричные сыщики, нарочито не похожие на Холмса: сыщик-женщина, сыщик-слепой, сыщик – простой добродушный малый. И вот тут-то плутовской жанр смог вернуться на сцену в новом обличье, воспользовавшись открытиями и успехами детектива.

Один из первых опытов такого рода был произведен фактически в кругу семьи Артура Конан Дойла – муж его родной сестры Констанции (Конни), Эрнест Уильям Хорнунг, создал парочку мошенников, столь явно списанную с Холмса и Ватсона, что ему пришлось даже спросить разрешения на публикацию у знаменитого родственника. У Конан Дойла были непростые отношения с мужем сестры, но разрешение он все-таки дал. Первая книга рассказов о мошеннике из высшего света по имени Раффлс вышла с посвящением Конан Дойлу, но в дальнейших изданиях посвящение было снято. Конан Дойл высоко оценил литературные достоинства рассказов, но заявил, что “нельзя преступника делать героем”. Подобные же опасения высказывали многие литературные критики того времени: персонаж получился столь живым и обаятельным, что приходилось опасаться его дурного влияния на читающую публику.

На этом групповом снимке можно увидеть вместе Хорнунга и Конан Дойла