Некоторые любят погорячее, или Джентльмены предпочитают блондинок

Anita Loos

Gentlemen Prefer Blondes

© ИП Воробьёв В. А.

© ООО ИД «СОЮЗ»

Март 16

[Оригинал дневника мисс Лорелей изобилует ошибками, неправильно написанными иностранными словами и пр. и пр. Но т. к. американскую безграмотность невозможно передать русской безграмотностью – то мы печатаем дневник без сохранения правописания, – предоставляя читателю его самому вообразить, – и только по возможности придерживаясь лаконичного стиля мисс Лорелей, хотя это и отнимает у дневника часть его специфического аромата.]

Мы обедали вчера в Ритце с одним моим знакомым джентльменом, и он мне сказал, что если бы я взяла бумагу и карандаш, и начала записывать свои мысли, то вышла бы интересная книга. Я чуть не рассмеялась ему в лицо, потому что из моих мыслей на самом деле вышла бы не одна книга, а несколько энциклопедий. Я хочу сказать, что я в сущности только и делаю, что думаю. Это мое самое любимое развлечение, иногда я сижу целыми часами и как будто ничего не делаю, а на самом деле в это время думаю и думаю. И вот он сказал, что если женщина обладает умом, то он ей дан не только для того, чтобы думать, а еще кое для чего. И прибавил, что он сразу видит, умный человек или нет, потому что он сенатор и живет в Вашингтоне, и войдя в контакт с интеллектом, он сразу его чувствует. Но все это так бы и осталось пустым разговором, не пришли он мне сегодня утром книжку. Когда моя горничная подала мне ее, я ей сказала: «Ну вот, Лулу, еще одна книжка, а мы и половины не прочли из того, что у нас есть». Но открыв книжку я увидела, что все страницы в ней чистые, и вспомнила, что говорил мой знакомый джентльмен и поняла, что это дневник. И вот, вместо того, чтобы читать книгу, я пишу книгу. Только сегодня уже 10 марта и, конечно, слишком поздно, чтобы начинать с января, но это и неважно, так как мой друг мистер Эйсман пробыл в городе весь январь и весь февраль, а когда он в городе, то дни похожи один на другой, как две капли воды.

Мистер Эйсман занимается оптовой торговлей пуговицами в Чикаго, он тот самый джентльмен, которого все Чикаго знает, как Гуса Эйсмана – пуговичного короля. Он очень помогает мне с моим образованием, поэтому он постоянно приезжает в Нью-Йорк, чтобы посмотреть, насколько оно подвинулось вперед с момента нашей последней встречи. Но когда мистер Эйсман бывает в Нью-Йорке, мы все время делаем одно и то же, и, если бы я записала, как мы провели один день, – мне бы оставалось под всеми другими поставить прочерки. День проходит так: Мы обедаем в «Колони», потом едем в театр, потом ужинаем в «Трокадеро» и оттуда мистер Эйсман провожает меня домой. Оно и понятно, когда джентльмен заинтересован в том, чтобы молодая девушка была образована, он не может не остаться побеседовать с ней о всех дневных впечатлениях и не засидеться до рассвета, потому на другой день я обыкновенно чувствую себя уставшей и не встаю до тех пор, пока уже пора одеваться и ехать обедать в «Колони».

Вот будет странно, если из меня получится писательница! Дома, в Литл-Роке, штат Арканзас, в семье у меня, все хотели, чтобы я пошла по музыкальной части. Все мои друзья говорили, что у меня талант, и все приставали, чтобы я больше занималась музыкой. Но я терпеть не могла этих занятий. И вот как-то в один из дней я швырнула мандолину в угол через всю комнату, и с тех пор так и не притрагивалась к ней. Но писать – это совсем другое дело, тут вам не надо ничему дополнительно учиться и это гораздо больше подходит к моему темпераменту. Сейчас мне даже забавно, что я так увлеклась написанием своего дневника, что заехала на страницу 18-го марта, так что на сегодня довольно.

Март 19