Дежавю

– Как давно ты выходила за эту дверь, кроме как на работу? – Кира, помахав перед моими глазами ладонью, показалась у меня на пороге при полном параде. Она сбросила туфли на высоченном каблуке и по-хозяйски прошлёпала по холодному полу босиком на кухню. Я проводила подругу пустым взглядом и обречённо захлопнула за ней дверь. – Ух, ты! – она заглянула в холодильник. – Ты объявила голодовку в качестве протеста против нового законопроекта Госдумы? – Затем принюхалась, сморщив нос. – Или решила, что пища тебе сейчас нужна исключительно духовная? – И, разочаровано захлопнув холодильник, перешла на подвесные шкафчики. Я по-прежнему, облокотившись о косяк и сложив руки перед собой, молча наблюдала за её действиями. – Что это? – она осторожно, двумя пальцами взяла за хвостик связку из трёх почерневших фруктов. – Бананы? – убедившись, что это они и есть, воззрилась на меня с удивлением: – Всё гораздо хуже, чем я думала…

Улыбка сама поползла вверх. Чёрт.... Всё-таки подруга – это мой маленький тайфун, и каждый её приход сопровождается миллионом действий и слов. Но именно за бойкий характер и оптимизм я её и люблю.

– Ты не…

– Ксюш, перестань хандрить! Ты на себя уже не похожа! – она без зазрения совести отправила испорченные продукты в мусорное ведро. – Я куплю тебе новые бананы. Представляешь, они даже бывают жёлтого цвета! – подруга попыталась пошутить, что мной совершенно не воспринялось – я не слышала ничего, вновь погрузившись в свои мысли.

– Я знаю, Кир, но пока я ещё не готова кардинально всё поменять, – наконец подала я голос.

– Ксюшка… – Кира подошла ко мне и осторожно взяла за руку. – Всё наладится. Ты только не раскисай.

Я согласно кивнула, но её слова вновь отразились болью в сердце.

Боже. Эта ситуация настолько банальна, что от этого на душе становится ещё противнее.

Меня бросил любимый мужчина.

Всё бы ничего, если бы эти отношения были какими-нибудь очередными или мимолётными, а не моей надеждой на счастливое безоблачное будущее.

Мы встречались долгих пять лет и этим летом собирались пожениться. Что уж говорить – я летала на крыльях счастья, пока в один прекрасный день не припорхала домой раньше, чем должна, и не застала своего ненаглядного будущего мужа в объятиях его синеглазой «коллеги».

Мир рухнул в одночасье. Вот так сразу.

Да, бесспорно, со всеми бывает. Но я так и не оправилась от этого удара, хотя с момента гнусного предательства прошло уже два месяца.

– Давай-ка, одевайся! – Кира, не дав опомниться, схватила меня за руку и поволокла в спальню. – Мы идём развлекаться!

Сделала попытку отговориться от этой затеи:

– Кир…

Но подруга твёрдо сказала:

– Не принимаю никаких отказов!

Я закатила глаза. Уж если когда ей что-то взбредёт в голову, то её не остановить.

– Ну и куда? – всё же открыла шкаф и критично оглядела свой гардероб.

– Ты забыла, что у Алисы сегодня туса в честь открытия её бутика? Нас, между прочим, приглашали. Там будет много интересных личностей.

Я удивленно выгнула бровь и протянула:

– Как? Уже сегодня? Я и забыла…

– Да ты обо всём уже забыла, кроме своих соплей… – иронично заметила она, мягко приземлившись в кресло.

Я рассмеялась первый раз за несколько дней – именно столько, сколько в моём доме не было этого урагана на каблуках.

– Да ну тебя!

– Так-то лучше, – Кира улыбнулась, увидев моё повеселевшее лицо, и заговорщически подмигнула. – Надень своё любимое…

Алое платье-футляр до колен с завышенной талией, сексуально открывающее руки, идеально сидело по фигуре, словно моя вторая кожа. Я повертела его на вешалке в руке и, обречённо вздохнув, ушла в соседнюю комнату. Но спустя пару минут случилось чудо: надев его, почему-то почувствовала себя гораздо лучше, чем прежде.

– Ну а с этим что делать? – я растрепала свои непослушные светлые кудряшки. Надо заметить, что меня они всегда раздражали, поэтому на всех фото мои волосы выпрямлены утюжком, собраны в пучок или хвост, чтобы на воздухе, даже при его низкой влажности, те вновь не начали закручиваться в тугие спиральки.

– Я бы их просто расчесала. По-моему, у тебя идеальные волосы, – она накрутила на палец прядь своих абсолютно ровных золотистых волос и деланно вздохнула.

Я провела по волосам густой щёткой, расчесав их на косой пробор и подколов с одной стороны невидимкой.

Осталось нанести макияж. Но это дело быстрое – я не штукатурюсь, как некоторые, а потому, за пятнадцать минут приведя в порядок своё лицо, критично оглядела себя в зеркале.

В карих миндалевидных глазах, обрамлённых тёмными, средней густоты бровями, застыла глубокая печаль, а под удачно наложенным корректором замаскировались синяки под глазами. Теперь никто не догадается, что несколько недель подряд на меня находила такая тоска, что хотелось постоянно плакать. Пухлые губы я подкрасила нежным прозрачным блеском, чётко очерченные бледные скулы немного выделила светлыми румянами, придав лицу живой человеческий, а не мертвецкий, цвет.

Ну что ж. К выходу в свет я готова. Во всяком случае, внешне, а как же тогда быть с внутренним состоянием?