Девушки в черном

– Ноябрь, а как будто уже зима. – Лиза подышала на свои пальцы и подставила мужу щеку для поцелуя. – Хорошо, что я в зимнем. В Москве всегда холоднее, чем у нас.

– Больше ты мне ничего не хочешь сказать? – Муж, мужчина средних лет, довольно полный, в длинном пальто с норковым воротником и высокой норковой же шапке, приобнял Лизу и коснулся ее щеки холодными губами. – Ну же, Лиза?

– Веди себя хорошо, не забывай обедать, корми попугая и рыбок, навещай Алешу с бабушкой… – Она улыбнулась и сама почувствовала, что улыбка вышла искусственной: ей это расставание порядком надоело, они стояли на перроне битый час, у нее замерзли ноги и руки, которые Сергей целовал ей все это время. «Хоть бы поскорее объявили посадку!» – Я буду скучать, – пробормотала она и отвернула лицо, словно бы от ветра.

– И я тоже буду скучать. – Сергей нежно провел рукой по ее подбородку и приподнял лицо жены. – Как приедешь, сразу дай телеграмму, хорошо? Чтобы мы тут не волновались.

– Конечно, о чем ты говоришь?!

– В прошлый раз ты тоже обещала, но почему-то не прислала.

– Ты мне не веришь? – Глаза Лизы гневно сверкнули, а щеки моментально покрылись румянцем. – Я отправляла, это почта так работает, я же не могу за нее отвечать…

– Ну хорошо, хорошо, не кипятись, просто мы ждали…

– Подумаешь, жена на курсы едет! Если поезд не сойдет с рельсов, что со мной может случиться?

Объявили посадку, Лиза облегченно вздохнула.

– Ну все, пока, дорогой. – Она чмокнула его в губы и заспешила к своему вагону.

– Ты не забыла? – крикнул ей вдогонку муж. – Насчет Ренуара?

– Нет. «Девушки в синем»!

– В черном!

– Ну в черном. Если встретится – привезу.

Сергей вбежал за ней в вагон:

– Тебе должно хватить даже на самый дорогой альбом.

– Ну прямо как «Аленький цветочек». Я же сказала: если встречу – куплю. Иди, Сережа, не мерзни, у тебя вон щеки побелели. – Она еще раз поцеловала его и, махнув рукой на прощанье, нырнула в узкий проход тамбура.

Уже в купе, сняв шубу и шапку, она увидела на перроне одиноко стоящего мужа и чуть было не топнула ногой. «Ну сколько можно?!» А он все стоял и стоял, делал ей какие-то знаки, пытаясь что-то еще сказать ей. Она кивала, думая при этом, как бы не отвалилась голова, а потом, когда поезд тронулся, в изнеможении опустилась на диван. Все – поехали!

Весь вечер она ела маринованные грибы и котлеты, которыми ее угощали соседи по купе. Все командированные, вырвавшиеся из дома, расслаблялись в теплом купе и пили водку. Их было трое – мужчин, которым разговоры об охоте и рыбной ловле доставляли неслыханное удовольствие. Лиза, закутавшись в длинный халат, слушала разговоры о дроби, снастях, лещах, карасях и кабанах и никак не могла понять, что в этом хорошего – посреди зимы, надев на себя тулупы и валенки, сидеть часами на морозе возле ледяной лунки. Ведь так недолго промерзнуть до костей, подхватить воспаление легких, а потом и вовсе умереть…

В полночь ее сморило. И снился ей огромный карась, который, вынырнув из проруби, попросил у нее свитер, а потом никак не мог надеть его – мешали острые плавники…

В Москве ее встретил Елисей.

– Привет, королевич! – Она бросилась ему в объятия на глазах знакомых командированных, которые, намереваясь помочь ей донести чемоданы и сумку, теперь вдруг быстро распрощались и смешались с толпой. – А где же цветы? – Лиза загадала: если Елисей встретит ее, как всегда, с розами, то все будет хорошо, а если нет… Об этом ей даже и думать не хотелось. Зато «хорошо» подразумевало: во-первых, пять дней после курсов она будет ночевать в большой квартире с дорогим сердцу мужчиной; а во-вторых, он будет нежен и внимателен, как никогда…

– Ты не успел купить розы?

– Знаешь, милая, я так торопился, да и телеграмму твою получил совсем недавно, часа четыре назад мне Катя позвонила… Ну прости!

– Как она, кстати?

– Хорошо. Родила мальчика. Так что теперь я – дядя. Ну что, пойдем? У меня машина, я довезу тебя…

– Куда это ты меня довезешь? – У Лизы замерло сердце.

– До твоего общежития. – Елисей, королевич в огромной белой куртке, в капюшоне которой тонула его красивая белокурая голова, выглядел растерянным. – Понимаешь, ко мне пока нельзя, я тебе вечером позвоню и все объясню.

– Ты что, женился? – У Лизы от нехороших предчувствий закружилась голова. Она тут же готова была пожалеть, что приехала в Москву.

– Да нет, что ты! Все нормально, я просто хотел сказать…

– Ну хорошо, – смягчилась Лиза. – Вези меня в общежитие, только перед этим давай где-нибудь пообедаем.

– Знаешь, Лизок, у меня цейтнот, я правда очень тороплюсь. Давай уж ты сама где-нибудь перекусишь, а вечером…

– Хорошо, – холодно произнесла Лиза.